XVII. Де Брас

Мне повезло, что я ее встретил, вот только Лулу была для меня лишь промежуточной остановкой на долгом пути и ничем более.

Она, словно почувствовав настроение, заглянула мне в глаза, и, казалось, прочитала все мысли, осознанные и неосознанные.

— Я всегда буду подле вас, пока однажды вы не прогоните меня сами! — четко выговаривая каждое слово, будто произнося клятву, произнесла Лулу. — И только когда вы скажете: «Уходи! Ты больше не нужна!» — я уйду, но не раньше. Кстати, тогда, по дороге в Гавр, я понесла от вас ребенка. Думаю, родится сын!..

Она встала с постели, потянувшись всем телом, и быстро оделась, а я все лежал, ошарашенный ее последними словами, и не знал, что сказать в ответ.

Сын! Ребенок! Только этого не хватало! Да это же… не вовремя, некстати, невпопад… выбери любую «не» — всякая будет к месту. Пусть это звучит грубо и жестоко, но зачем мне, чужаку в этом времени, такая обуза? Если бы представилась возможность вернуться обратно, я бы несомненно вернулся. Это означало, в том числе, бросить всех и все в этом времени. Включая Лулу, замок, друзей и ребенка… эх, рыжая, ты опять сделала, что хотела сама. И, конечно, ты слишком горда, чтобы о чем-то просить и, тем более, требовать. Но все же… я бы хотел, чтобы все случилось иначе…

— На роль вашей супруги я не претендую, и денег от вас мне не нужно. Мне достаточно и того, что у моего сына будет течь благородная кровь. И все же, я хотела вам сообщить обо всем лично, и вот, сообщился. Да, кстати — это для вас! — Лулу положила на постель связку писем, потом подумала, глубоко вздохнула, и выложила сверху еще один запечатанный конверт. — Это от нее… ей нужна помощь, я это вижу… вы любите ее, вы ее спасете!..

После этих непонятных слов девушка резко отвернулась и выбежала из комнаты.

Я еще с минуту лежал, ошеломленный случившимся, и реально растерялся. Потом поднялся, оделся и выглянул в окно. Погода стояла спокойная. Судя по слугам, которые уже давно исполняли свои обязанности, за эти часы ничего более не случилось.

Пачка писем тревожила меня, и я долго не решался открыть первое — то самое, которое Лулу положила поверх остальных.

Наконец, я собрался с мыслями и разорвал конверт. Запах ее духов, который ни с чем не перепутать. Вдобавок, белоснежный локон, как видно, на память. И один единственный лист бумаги, лежавший внутри.

Прочитав письмо до конца, я сразу же перечитал его еще раз, а потом еще. Ребекка — моя девушка с картины может пропасть навсегда. Я не допущу этого! И я был прав, именно Рошфор увез ее из Парижа. Мой счет теперь к графу вырос стократно, когда я на сто процентов убедился в его роли в этом деле.

Обдумывая ситуация, я вскрыл второй конверт. Хм, личная печать кардинала. Любопытно, но ничего нового.