XVII. Де Брас

А что было бы, если бы его не отозвали свистом? Сумели бы мы добить опасное животное или сами стали бы его жертвами? Ответа у меня не было.

И, конечно, главный вопрос — кто тот неизвестный хозяин в чумной маске? Почему он натравил зверя на нас, а потом отозвал, не дав завершить начатое? Или же просто заметил, что зверь ослабел и побоялся за его жизнь? Дьявол! Я обязан поймать этого человека и поговорить с ним в нашей допросной камере с помощью ножей, клещей и прочих подручных инструментов.

Остаток ночи мы провели в соседней комнате, где двери были крепкие и еще целые, а засовы — надежные. Впрочем, повторного нападения я уже не опасался. Зверь был ранен, и даже такому монстру требовалось время, чтобы оклематься после боя. И все же мы дежурили по очереди с д’Артаньяном, исключив из списка дежурных Атоса, которому требовался отдых. Он был бледен, и я видел, что чувствует он себя неважно.

Судя по тому, что Арман даже не стал протестовать, было ему даже хуже, чем казалось на вид. Я заставил выпить его стакан «гасконского» крепкого, которое в данном случае послужило универсальным лекарством: и внутрь, и снаружи на раны. Выпив, он мгновенно уснул на лежаке, а я прикрыл его сверху шкурами.

— Плохо выглядит, — шепотом сообщил мне д’Артаньян, с тревогой поглядывая на спящего Атоса. — Как бы чего не случилось…

— Выспится, и все будет хорошо! — успокоил его я, хотя в глубине души вовсе не был уверен в своих словах.

Мы дремали с гасконцем по очереди, и кое-как дождались утра. За остаток ночи никто нас не побеспокоил, но и выспаться толком не удалось. Слишком много нервов и усилий ушло прошлым вечером, слишком много адреналина вплеснулось в кровь, и бесчисленные мысли бродили в голове, не позволяя расслабиться.

Солнце взошло ближе к семи утра, и я тут же вышел во двор. Д’Артаньян шел за мной, а дверь комнаты, где беспробудным сном спал Атос, мы заперли на ключ.

На конюшне ржали лошади. Где-то неподалеку громко визжала свинья, резко и нагло закричал петух, блеяли овцы.

Животных нужно было кормить, кто-то должен был за всеми ухаживать, следить, холить и лелеять. Чертовски не хватало слуг!

— Мне заняться? — предложил гасконец. — У нас дома в Лупьяке было большое хозяйство, так что я привычный. Не побрезгую.

— Шевалье, прошу вас сначала пойти со мной. Нужно проведать нашего пленника.

Конечно, лучше было бы взять с собой Атоса, если бы не его плачевное состояние. Что же, пусть д’Артаньян поприсутствует при втором допросе. Вот только в этот раз я планировал применить самые жесткие методы, дабы, наконец, услышать хоть какие-то объяснения от горбуна.