Never Finished: Unshackle Your Mind and Win the War Within

Многие из нас встречают в своей жизни людей, подобных сержанту Джеку, - старших или учителей, которые отказываются говорить нам то, что мы хотим услышать, в том виде, в каком мы хотим это услышать. Когда вы эмоционально травмированы, как я, любой жесткий взгляд или грубый ответ, любой приказ или предписание могут восприниматься как личное нападение, и часто мы отгораживаемся от них в ущерб себе. Мне потребовалось много времени, чтобы понять, что в подходе сержанта Джека или в его списке не было ничего личного. Все это было сделкой.

Его дочери - моей матери - нужно было где-то остановиться, а в реальном мире жилье не бывает бесплатным. Для сержанта Джека этот ежедневный список заданий был ночным счетом, который нужно было оплатить. Моя мама не придавала этому значения. Она была занята: у нее была полная нагрузка по учебе в местном университете и две работы на полставки - такой график она сохраняла в течение следующих шести лет, пока не получила степень магистра. Счет придется оплачивать в поте лица.

Как только начинались занятия, моя работа делилась на до и после уроков, и передышка случалась редко. После возвращения домой на первом месте стояли школьные дела. Затем я должен был правильно выполнить все задания из списка, прежде чем мне разрешат поиграть в баскетбол с друзьями. Поначалу я понятия не имел, что для старика означает правильное выполнение того или иного задания. Единственной прямой обратной связью от него был кивок с прямым лицом, означавший одобрение, или покачивание головой, означавшее: ""Попробуй еще раз""."

"Я видел это чертовски часто. Его обреченное покачивание головой преследовало меня в кошмарах, где я косил газон, который не переставал расти, выходя из-под контроля, или пытался очистить водосточные желоба, окантованные пильными лезвиями, которые грозили отрубить мне пальцы.

При прочих равных условиях я предпочитал находиться снаружи. Большую часть дома я считал запретной зоной, потому что, как бы плохо ни относился ко мне сержант Джек, я предпочитал его Морне. Она тоже была смешанной расы и при необходимости могла сойти за белую. Она отмечала этот факт, рассыпая вокруг слова на букву ""Н"", как дезинсектор из ""Эколаб"", охотящийся за тараканами. Чаще всего ее любимое слово падало на мою голову. Сколько бы расистов я ни встретил в Бразилии, никто не называл меня ""ниггером"" чаще, чем милая бабушка Морна, что только усиливало ощущение, что я их личный раб.

Проходили месяцы, а тирания не ослабевала. К тому времени я уже точно знал, чего от меня ждет сержант Джек.