Never Finished: Unshackle Your Mind and Win the War Within

Для неосведомленного человека это может выглядеть и звучать как ненужное ""ра-ра-ра"", но если вы являетесь частью измотанной, физически и психически нагруженной команды, такое товарищество превращает монотонное и жестокое занятие в обряд посвящения, дающий силы. Вы уже даже не отжимаетесь. Вы становитесь единым целым с командой, сливаетесь с общей энергетической силой, и это помогает всем не сбиться с курса и пройти каждый день, каждый модуль тренировки. Мы все полюбили эти отжимания!

Мне было приятно быть лучшим в классе, когда дело касалось физической подготовки, но мои трудности не начинались и не заканчивались с самого утра. Каждый день перед началом PLF мы должны были облачаться в кевларовые комбинезоны менее чем за три минуты, а учитывая, что мое тело все еще восстанавливалось после операции и все, что мы делали на улице при минусовой температуре, мне пришлось столкнуться с некоторыми сложностями."

"Я с трудом опустился на колени, а мой старый друг болезнь Рейно вернулся с местью, потому что я не мог использовать перчатки с подогревом во время тренировок. Кончики моих пальцев потеряли всю ловкость в течение нескольких минут. Я не чувствовал ни их, ни всех этих маленьких молний, ремешков и защелок. Поэтому мне потребовалось больше времени, чем остальным, - гораздо больше, чем отведенные три минуты, - чтобы влезть в костюм, закрепить на груди запасной парашют и закрепить между ног сумку. Молодые ребята получали удовольствие, наблюдая за моими попытками одеться. Впервые я выглядел для них ровесником, и они накинулись на меня с кучей дерьма. Но когда наступало время ПТ, они всегда держали язык за зубами, потому что знали, что я принесу боль.

Как обычно, PLF были жестоки к каждому из нас. Неумолимый холод делал землю более твердой, а наши тела - напряженными и хрупкими, что усиливало страдания, независимо от того, прыгали ли мы с двенадцатидюймового уступа, трехфутовой платформы или забирались на другую платформу, раскачивались на трапеции и отпускали руки. Все это было направлено на развитие мышечной памяти, чтобы мы могли воплотить то, что инструкторы называли ""правильным приземлением"".

Когда большинство людей прыгают с большой высоты, у них возникает рефлекс развести руки и ноги и посмотреть вниз, когда они падают. Нас учили держать тело в плотном строю, ступни и колени вместе. Прижатые друг к другу ноги позволяют распределить и поглотить удар. Мы не пытались приземлиться. Для этого мы двигались слишком быстро. Мы отрабатывали удар о землю и перекат на одну сторону. Поскольку каждый прыжок предполагает различные элементы и условия, мы должны были чувствовать себя комфортно, перекатываясь вправо и влево, вперед и назад, и мы чередовали наши повторения.