Взводный (СИ)

Убирать их судя по всему ни кто не собирался, дорога был малоезженой и судя по всему немцы её практически не использовали. Остановив колону, я приказал основной массе бойцов чуть в стороне от дороги копать общую могилу. Не мог я просто так проехать мимо, раз есть у меня возможность, значит похороню убитых. Приказав одному взводу облачится в ОЗК и надеть противогазы, а что вы хотели, что мои жаба с хомяком пройдут мимо разных ништяков? Так фиг вы угадали! Были на том складе, были и такие плюшки, разумеется на всех я их брать не стал, так как прекрасно знал, что химическое оружие в этой войне считай не применялось, разве что эпизодически и в собственном тылу. Зассал Венский художник применять боевую химию, наглы его ясно предупредили, что если он только попробует где применять боевую химию, то они всю Германию зальют этой отравой, а средства и возможности у них были. Вот я и взял на всякий пожарный полсотни комплектов защитной одежды вместе с противогазами с собой, и как получилось не зря. Возится с пролежавшими несколько дней на жаре трупами, это ещё то удовольствие, а главное этот противный, сладковатый и тошнотворный запах. Лично меня от него просто выворачивало, и не только меня одного, многие бойцы, кто был в голове моей колоны, сейчас травили по обочинам только что съеденный обед. Сразу, как только я почувствовал этот запах, меня передёрнуло, пожалуй любой, кто хоть раз его ощущал, уже не забудет его ни когда.

Прошло уже больше 20-ти лет, но я до сих пор помню этот запах. Ничего приятного, а главное, что очень трудно от него избавится. Так в квартире после него надо делать полный ремонт, иначе просто невозможно будет жить, пока он не выветрится полностью, что будет не очень быстро.

Почти полтора часа ушло у нас на погребение наших раненых и врачей с медперсоналом. Когда немецкая часть нагнала наш санитарный обоз, то просто переколола всех штыками, а с молоденькими медсёстрами ещё и позабавилась, после чего и их убили. Я видел, что всех моих бойцов и командиров чуть не разрывало от злости, ярости и ненависти. Сейчас, познав и горечь поражений, и радость побед, они просто пропитывались лютой ненавистью к немцам, и при первой возможности просто будут рвать их на части. Закончив наконец с погребением, мы двинулись дальше, настроение у всех было после увиденного препаршивым, и когда уже перед самым привалом на ночь, разведка донесла о остановившимся на ночлег немецком моторизованном батальоне, то все ощутили только мстительную радость, что скоро смогут выплеснуть всю свою злость и ненависть на противнике.