Взрывной коктейль

По-другому уже глянул, поерзав на своем троне, даже с некоторым удивлением глянул. Сказал что-то, и все присутствующие разразились хохотом.

Когда отсмеялись и затихли, заговорил уже твердо. Переводчик, выслушав, кивнул и заговорил по-русски:

– Господин Барон удивлен твоей смелостью, замухрышка. Он спрашивает: если тебе обеспечить все условия для работы, то ты будешь производить тот самый препарат, над которым работал?

Меньшиков ощутил, как убрался нож от шеи. Судя по всему – ситуация не такая страшная, как поначалу казалась, и этот бородатый заинтересован в нем. Следовательно, можно вытребовать действительно хорошие условия и уже завершить тестовые испытания своего изобретения.

Неуверенно начал нащупывать прочность моста под собой:

– Ну-у-у… я, в принципе, завершил основную часть, осталось только испытать на больших приматах. А там – можно и на людях, если все пройдет гладко и не будет вызывать никаких нежелательных аллергических реакций.

Худощавый, выслушав перевод, медленно закивал. Потом заговорил:

– У тебя будут подопытные, можешь не сомневаться. Ну так что, будешь производить свой препарат?

– Нужно оборудование…

– Все это мы взяли в вашем лагере, работай спокойно.

– Трава нужна…

– Остальные русские будут собирать. Ты только – работай. Понял?

– Понял. Но…

– Что еще?

– Я должен сам следить за сбором исходного сырья.

– Ладно, будешь выезжать вместе с остальными в сельву. На этом все?

– Все.

Меньшиков встряхнулся, отгоняя воспоминания двухнедельной давности. Нацедил себе полный стаканчик коньяка, выпустил кольцо дыма в потолок и, лениво поднявшись с кресла, направился в смежную комнату, где располагалась его личная лаборатория. Предстояло вколоть добровольно согласившемуся на проведение опытов наркоману очередную порцию зелья и пронаблюдать за результатами. Записать их. И снова углубляться в работу."

"Теперь у него было все. Новый работодатель дал больше, чем мог ожидать младший научный сотрудник. Больше, чем даже мог мечтать. Все оборудование из лагеря теперь было в полном распоряжении непризнанного гения, имелся личный телохранитель, чуть-чуть разговаривающий по-русски, в углу стоял полный холодильник деликатесов, не то что в институте – доширак да майонез с черствым хлебом. Теперь Меньшиков употреблял пятизвездочный коньяк вместо сивухи из московских шинков, которая запросто за год-два в могилу загонит. Курил кубинские сигары, с ужасом вспоминая отечественные смоленые табачные изделия, с которыми к пятидесяти годам легкие выплюнешь частями. Шлюха-мулатка, заказанная по каталогу, разминала ему перед сном затекшие кости, ласково что-то бормотала на ухо, короче, жизнь в кайф.