Взрывной коктейль

 – Батяня встал из кустов. – Ты у нее самой спроси, Антон.

– Нет, боюсь. Лучше такую фурию не злить.

Вдвоем перетащили убитых подальше в кусты. Засыпали кровь, уничтожили все следы своего присутствия на поляне, даже косвенные. И только потом принялись за уцелевшего; капитан взвалил его на плечо и понес к убитым, собираясь основательно перепугать, как очнется, а уж потом задавать вопросы. Лавров остался маскировать последние следы, попутно забрав трофейное оружие, коего было прилично – три автоматические винтовки, пять пистолетов, ножи и гранаты.

Минут через пять к десантникам присоединилась Андронова, уже одетая и вооруженная, как прежде. Видела по взглядам сослуживцев, что перешла все рамки дозволенного, но, наоборот, укорила обоих за бездействие, нисколько не считая свои действия плохими или распутными.

– Ну да, в нижнем белье вышла, да, двоих грохнула. И что? Лучше было бы, если они связались с базой и подняли тревогу?

Свешников даже шутить не стал, как обычно это делал, знал, что может без церемоний и предупреждений заработать по шее, несмотря на разницу в габаритах. Получив отповедь, он слишком усердно стал заниматься пленным – привязывал руки и ноги, пытался поскорее привести в чувство, даже не пожалев лицо пленного, воды плеснул из фляжки. Батяня же не знал, что возразить старлею. Поэтому решил больше не поднимать эту тему; в конце концов Андронова поступила правильно – бесшумно устранила свидетелей и захватила «языка», тут придираться действительно не к чему. Да и невежливо это. В конце концов – должны были сами захватывать, а не ждать удобного момента или таких вот выходов в нижнем белье.

Наконец усилия капитана дали результат: пленный очнулся, заворочался в путах, стал исподлобья озираться. Вполне понимал, что живым уйти крайне мало шансов, но и помирать пока не собирался. Наградил Андронову тяжелым взглядом. Заговорил на английском:

– Кто вы такие?

Старлей отвернулась, не желая разговаривать.

Капитан, наоборот, горел желанием пообщаться. Для начала двинул в челюсть. Только потом ответил вопросом на вопрос:

– А угадай.

Пленный сплюнул кровью. Поморщился от боли, но ругаться не стал. Вполне понимал, что с ним могут сделать все что захотят. Спросил без злобы:

– Что вам надо?

Батяня вздохнул, услышав звук еще одного мощного удара по челюсти пленного. И точно такой же вопрос. Капитан мог часами так делать, пока допрашиваемые не начинали сами истошно верещать, выкладывая все свои тайны, в надежде, что хоть какая-нибудь из них заинтересует усатого мучителя и он перестанет бить по одному и тому же месту. А до вечера еще было очень много времени.

Лавров подсел поближе. Заняться было нечем.