Взрывной коктейль

На улицах людей убивают, в мирное время, убивают даже из-за банальной сотни рублей, убивают, чтобы опять же хватило на дозу твоего зелья. У кого нет денег и нет возможности их достать, колют себе всякую дрянь, лишь бы уменьшить ломку, и от этого гниют заживо. В тюрьмах и зонах сотни тысяч сидят за эту наркоту, кто из них потом вернется к мирной и спокойной жизни? Школьники, вместо того чтобы в библиотеку ходить и ума набираться, скидываются толпой, покупают травку, курят и с каждым разом тупеют. Им уже не до учебников. Благодаря тебе, тварь, и таким, как ты, у той далекой страны нет будущего…

На балкон вышел еще один спецназовец. Коротко доложил:

– Сейф вскрыт, товарищ майор.

– Пол и стены закончили проверять?

– Закончили. Все найденное собрали.

– Ладно, сворачиваемся. Добиваем всех и уходим.

Барон слушал русскую речь и не понимал. Русский еще что-то проговорил своим, отдал какие-то распоряжения, потом вновь перешел на английский:

– Ну так вот, мразь, из-за таких уродов, как ты, моя Родина загибается и она лишена прекрасного будущего. И моя задача, как истинного патриота и офицера, – уничтожать всех, кто угрожает покою и безопасности России. Уничтожать, жечь, расстреливать. И пусть мои руки будут по локоть в крови, куда ж без этого, но я все равно буду находить вас, козлов, и устранять. Кого я не найду – другие найдут. Я не один такой.

Он договорил, вытащил из кобуры пистолет и выстрелил в голову.

* * *– Сколько там времени-то уже? – Андронова задвинула куст, прикрывающий вход в лагерь, включила ручной фонарь. – Умники отдохнуть успеют?"

"– Не успеют, их проблемы, – капитан пытался выглядеть не то строгим, не то суровым, хотя если бы таким был на самом деле, то уж явно не тащил бы всю дорогу ученую даму из Москвы. – Нечего было в джунгли Анголы нос совать, сидели бы сейчас в тепле и чистоте, кофе пили бы. Рядом сигаретка в пепельнице дымится, задница уютно устроена в мягком кресле, а по телевизору смотрели бы о том, какие в сельве террористы бородатые и ужасные и сколько народу каждый год пропадает без вести.

Он поставил Малышеву на ноги, перевел дыхание; все-таки весила немало, вдобавок тащить пришлось не по асфальтированным дорожкам. Продолжил ворчать, уже забыв про первый вопрос:

– Надо же додуматься – за травками в сельву притащиться! Мало в России сорняков на огородах?

Малышева попробовала заступиться и за себя, и за остальных. Глянула снизу вверх:

– Вы не понимаете, смысл в том, что…

Усатый не дал закончить, нахмурился уже натурально:

– А мне и не надо ничего понимать, дамочка. Я если бы такой умный был, то никогда бы не стал бегать по сельве за слишком беспечными соотечественниками, которым заняться нечем, вот они и лезут в богом проклятые места, навроде этого, где мы сейчас торчим.