Взрослые игры (СИ)

Так немного и, в общем-то, совершенно безопасно… Никто не догадается… Юки погладил пальцами матовую поверхность снимка – там, где виднелась ладонь Акутагавы – потом убрал обрывок в фотоальбом. Это будет его тайной. Секретом. Отдушиной… Тут ему на колени упал ключ – его Юки несколько месяцев назад, когда поселился в общежитии для неимущих, бросил между страниц и как-то забыл о нем.

Юки повертел ключ в руках, вспоминая, как он попал к нему… После пересадки костного мозга бабушке Мике стало на какой-то момент легче. Исчезли тяжелые симптомы болезни, она даже смогла начать самостоятельно ходить – пожилая женщина не только покидала палату, но и активно гуляла по больничному парку. Юки радовался, глядя на бабушку - казалось, что самое страшное позади, что её организм перенес стресс и начал восстанавливаться… Но, после нескольких месяцев затишья, ей вновь стало хуже – болезнь, отступившая было, начала контрнаступление. Бабушка снова слегла, её праву ногу поразила быстро прогрессирующая гангрена; врачи, посовещавшись, приняли решение ампутировать безнадежную конечность. Перед самой операцией бабушка Мика, еще находясь в своей палате, подозвала к себе Юки и попросила наклониться к ней, так, чтобы и никто больше не услышал:

- Ты знаешь, как я ошибалась, Юки, - заговорила она надтреснутым, утомленным голосом. – После смерти Сугиямы, твоего деда, я всё время думала только о себе. Я не знала, зачем и для чего я живу, и пыталась найти истину везде, где только можно. Я готова была платить тем, кто мог, как мне казалось, приподнять завесу тайны между мной и Создателем. И я поплатилась за свою веру в лжепророков, за своё стремление узнать больше, чем мне на самом деле дано в этой жизни. Теперь я почти готова отправиться на встречу с Создателем и мне уже не нужны посредники…

- Бабушка, не надо так! – взмолился Юки. – Это не конец. Ты еще поправишься…

- А зачем? Я не думаю, что мне стоит так цепляться за жизнь. Я уже своё отжила, Юки. Об одном только жалею: я дурно с тобой обошлась. Очень дурно. Я избавилась от тебя, бросила в том интернате, чтобы ты не мешал мне жить так, как я хочу. По моей вине, по моей глупости ты лишился наследства – всех тех денег, которые должны были обеспечить твое будущее. Я корю себя за это нескончаемо, Юки! Не понимаю, почему ты не злишься на меня из-за этого. Тебе не следовало меня прощать, тебе следовало бы меня проклинать! Больше всего на свете я боюсь, что сломала тебе всю жизнь!…

- Всё уже позади, не надо об этом.

- Нет, послушай меня!… Несмотря на то, что тот негодяй – я говорю о Шри Чандрике Ситэре - снял все деньги с моих счетов, кое-что у меня все-таки осталось. Оно было у меня с собой, поэтому и сохранилось.