Взгляни на меня

Приятное и безобидное завершение выходных, в которых были свои плюсы и минусы.

Например, лопнувшая шина. Мария вспомнила, что завтра придется сменить колесо. Но когда? Пока она отсутствовала, у Барни накопилось для нее работы. А еще после обеда предстояли две важные встречи. К тому же она понятия не имела, что Кен предпримет дальше.

Паника усилилась наутро, когда Мария заметила Кена, разговаривавшего с Барни в кабинете, пока она болтала с Линн, пышной, но весьма некомпетентной особой, приписанной к команде Барни. Кен и Барни часто встречались перед утренними совещаниями, но странность заключалась в том, что Кен, выйдя из кабинета, просто кивнул Марии, даже не улыбнувшись, и зашагал по коридору. Отчасти она порадовалась, но в то же время от такой ледяной учтивости девушке стало не по себе. Несомненно, Кен разозлился.

Через несколько минут Джилл заглянула к ней, чтобы извиниться за неудачное свидание. Они немного поболтали – Джилл до конца недели уезжала из города снимать письменные показания, – и Мария рассказала подруге про лопнувшую шину и про незнакомца, который ее спас. Джилл только сильнее расстроилась.

Когда подруга ушла, Мария принялась обзванивать автосервисы, пытаясь найти ближайший, чтобы заехать туда после работы, но вскоре убедилась, что к тому моменту они все закроются. Единственным вариантом было махнуть в один из них во время обеденного перерыва. Только с шестой попытки она наконец договорилась на половину первого, впритык к встрече с клиентом, назначенной на полвторого. Мария предупредила Барни, что, может быть, опоздает на несколько минут. Он нахмурился, но велел торопиться, предупредив, что ее присутствие очень важно. Мария вышла из офиса без четверти двенадцать, надеясь, что механики возьмутся за дело пораньше.

И напрасно. Они не начали даже в назначенное время. В итоге она провела час в ожидании, впадая то в панику, то в ярость, названивая секретарше, ассистентке и самому Барни. Только в третьем часу Мария наконец забрала машину и понеслась обратно в офис. Когда она вбежала в конференц-зал, совещание шло уже сорок пять минут. Ледяной взгляд Барни ясно выражал его недовольство вопреки приятному тону, которым он приветствовал Марию.

После совещания она извинилась. Барни был в бешенстве, он ничуть не напоминал доброго дедушку, к которому привыкли клиенты. До конца дня атмосфера оставалась напряженной. Следующий день не принес облегчения. С головой уйдя в работу, Мария взялась за те задания, которые пропустила, находясь на конференции, помимо подготовки документов, необходимых Барни на следующей неделе. В понедельник и вторник она засиживалась за полночь и всю неделю, в отсутствие Джилл, обходилась без обеденного перерыва, перекусывая прямо за столом и не отрываясь от бумаг.