Каждый твой вздох

Но тот момент, когда он плыл к ней под яркими звездами, и ощущение близкого присутствия отца стали самым трогательным, мистическим испытанием для Кейт, доказательством реального существования Божественного присутствия, Грандиозного плана, как говорил ее дядя-священник.

Может, он прав, решила Кейт, вяло насыпая кофе в кофеварку. Если это так, судя по ее опыту, Божественное присутствие обладает жестоким, извращенным чувством юмора. А Его Грандиозный план нуждается в коренном пересмотре.

Пока она размышляла о высоких материях, кофе сварился, и Макс снова выскочил во двор, где поднял ногу под всеми тремя катальпами. Кейт снова впустила его, поздравила с хорошо выполненной работой и назвала молодцом, стараясь говорить со всем энтузиазмом, который смогла изобразить, после чего налила себе кофе.

Обычно она поднималась очень рано, относила чашку в крошечную гостиную, открывала жалюзи, сворачивалась в кресле перед окном и наблюдала, как медленно просыпается квартал. Но сегодня утром она проснулась на три часа позже обычного, и смотреть «шоу» не было времени. Хотелось одного: заползти обратно в кровать, укрыться с головой и попытаться согреться.

Остановившись в коридоре, чтобы переключить термостат на максимум, она отнесла кофе в спальню, поставила на тумбочку и снова легла. И принялась сооружать безопасный кокон из простыней и пухового одеяла: прислонила подушки к изголовью, подняла колени к груди и обхватила руками. Этель спрыгнула с комода и свернулась у ее ног. Люси развалилась на подушке.

К девяти горячий кофе был уже выпит, но Кейт по-прежнему дрожала, не столько от холода, сколько от леденящего озноба воспоминаний о случившемся на Ангилье и Сен-Мартене. Наконец она решила позвонить Холли, сообщить, что вернулась и помолвлена с Эваном, а уж потом потихоньку-полегоньку перейти к истории с Митчелом."

"По вторникам и четвергам Холли дежурила с двенадцати до девяти вечера, и поскольку жила всего в двадцати минутах езды отсюда, они, возможно, даже сумеют встретиться.

Она потянулась к телефону, но тут раздался звонок.

– Кейт, – выговорил приветливый, но незнакомый мужской голос, – это Грей Эллиот. Вы скорее всего не помните меня, но мы несколько раз встречались. Нас знакомил Эван.

– Да, разумеется, я прекрасно вас помню, – заверила Кейт, гадая, неужели «самый завидный жених Чикаго» настолько скромен или только притворяется.

– Сегодня утром я звонил Эвану. Он дал номер вашего телефона и сказал, что вы только что обручились. Желаю вам обоим большого счастья.

– Спасибо.

– Я понимаю, что слишком вас тороплю, но не могли бы вы приехать в мой офис к половине одиннадцатого?

Кейт резко села и свесила ноги с кровати, столкнув при этом Этель.