Взаперти

Эх, не суждено ему было под старость сделаться хорошим человеком…

Ну нет, так нет, подумал он, и, хлопнув себя по ногам, встал с огромного кресла и подошёл к окну.

– Знаешь, земля – она круглая, – с мудростью старого горца произнёс он. – Когда-то Майлз лишил меня всего, а теперь я…

– Так что нужно делать? – перебил его Полянский.

Вообще, он был единственным, кому это не запрещалось. Он был так точен и умён, что Амаро прощал ему всё. Он подобрал его студентом, сопливым студентом, или уже интерном, Амаро не помнил совсем, но то, что этот сопляк при нём возмужал, это было бесспорно. При нём многие возмужали, и никто этого не ценил. Он для них был вторым отцом, или первым, так даже точнее. И правда, чем же он им не отец? Виктор Амаро давал им путь в жизнь, в жизнь безнаказанности и денег. Он затянулся пьянящим дымом, сморщил в улыбке старческое лицо и всё смотрел и смотрел на свой сад с журчащим белым фонтаном.

– Так что от меня требуется? – повторил Полянский.

Его время стоило денег, его время пригодилось бы ему самому, слишком мало в сутках было минут.

– Мне нужны часы, – сказал Виктор Амаро.

– Часы?

– Да, вот этой фирмы. – Он протянул ему фото.

– Непростая модель, – взглянул на часы Михаэль. – Клиент носит их с собой?

– Нет, с собой их носил Майлз-старший. Но точно такие же должны быть и у его сына. Вот только где? В какой-то ячейке банка или дома – это мне не известно. Тот фокусник…

– Кто?

– Неважно. Он уже не жилец, его ищут. Так вот, он провалил это дело и, похоже, забрал часы себе, так что я не знаю, просёк это Майлз или нет. Если просёк, то отключил те часы от системы и оставил лишь часы сына, и теперь код показывают только они.

– Код от чего?

– Ах да, код от счёта.

– А этот клоун, который забрал часы, не успел им воспользоваться?

– Не смеши меня, для этого нужны мозги или парочка программистов.

– Понятно. – Полянский рассматривал фото.

– Его сын что-то знает, – продолжал Амаро, – может, даже время замирания стрелок…

– Замирания? – не понял Полянский.

– Ах, да, не сказал. – Амаро почесал седую макушку. – Стрелки на часах останавливаются через определённый интервал, меняя код, обозначая новый…

– Временем, на котором остановились, – пробормотал Полянский. – Часы, минуты, секунды.

– Именно. Так вот, эту последовательность замирания стрелок он должен знать. Но, по-хорошему, у него должны быть вторые часы. Он просто не носит их с собой, как папаша.

– Надо заставить его говорить."

"– Рад, что ты понял. И будь на связи, я всегда нервничаю, когда мои люди молчат. Позвони сразу же с места, как выяснишь всё.

С места Полянский предпочёл бы сразу бежать, а не докладывать этому скупердяю, что ему удалось раздобыть.