Жена чужого мужа. Счастье взаймы

 – У меня только просьба: не мог бы ты как-нибудь сообщить, как все прошло с Азой, не пострадала ли она? Теперь я чувствую свою вину, что никак не помогла ей и позволила просто увести этому психу. Я могла бы перевернуть стол, как-нибудь создать шум, чтобы охрана услышала. Не все же они тебя предали? Эта мысль мучает меня и я не успокоюсь, пока не буду знать, что ее спасли.

– Тебе не в чем себя винить, – хмурится мужчина. – Ты не смогла бы помочь, даже если бы закричала. Аза была еще на территории, когда я узнал обо всем и все равно мои люди позволили им уйти, так что ты виновата в этом меньше всего. Я сообщу через Асхаба, как все прошло с Азой, как только все закончится.

– Спасибо. Когда ты уезжаешь?

– Сейчас, – вздыхает он. – Полагаю, если мы все обсудили, я могу уже идти.

– Хорошо.

Повисает гнетущая тишина, потому что вот сейчас он должен уйти в неизвестность, но Булат отчего-то медлит, глядя на меня в нерешительности, прежде чем вполголоса чертыхнуться и подойти к нам с Асадом. Я напрягаюсь при его приближении, но он тянется к ребенку и меня отпускает. Просто прощание отца с сыном.

– Иди ко мне, мой лев, – ласково говорит Тагиров малышу, подхватывая его на руки и отходя с ним на несколько шагов.

Он говорит ему что-то тихим шепотом, отвернувшись от меня, а потом целует в лоб и повернувшись, протягивает мне.

– Возьмешь его?

Мог бы положить обратно на кровать, но нет, надо обязательно выводить меня из зоны комфорта. Я нехотя встаю и подхожу, пытаясь, как обычно, взять малыша, не соприкасаясь с его отцом больше необходимого, но Булат рушит мои планы. Он словно нарочно практически обхватывает рукой мою руку и проводит пальцами по моему запястью, оставляя огненный след от соприкосновения кожи с кожей, прежде чем отстраниться.

– Еще увидимся, Вита, – вполголоса говорит Тагиров, ловя мой взгляд, прежде чем повернуться и уйти.

Львенок радостно фыркает, размахивая пухлой ручонкой с оттопыренными пальчиками и я прячу непрошенные слезы, утыкаясь губами в крохотную ладошку и вдыхая сладкий детский запах. По крайней мере, в отличие от прошлого раза, теперь Булат оставил мне того, кто способен залечить нанесенные им раны и успокоить мое страдающее сердце.

Две недели спустя

Сегодня прошел срок, в течение которого Булат должен был объявиться, и я чувствую тревогу из-за отсутствия новостей. За все это время он только один раз связался со мной, чтобы коротко сообщить о том, что Аза спасена, как и обещал.

Меня с ребенком переселили в женское крыло, где я могу общаться только с женой хозяина дома, владеющей английским, и прислугой, у которой мало свободного времени на разговоры с гостьей. Но в принципе, наша с львенком жизнь здесь протекает спокойно, если не считать моего волнения за нашу дальнейшую судьбу.