Рейд выживших

Пленных немцев растрясли по поводу организации встречи, что и как делать и т. д. Оказывается, отличий в организации таких встреч что у нас, что у немцев практически нет. Главным встречающим я назначил себя. Серега контролировал пленных, Дорохов охрану, сержант Кашеваров связистов. Несколько бывших пленных сыграли роль руководителей полетов, благо немецкий язык знали в совершенстве. Как никогда, пригодилось нахождение в воздухе нашей пары истребителей. Остальным была дана команда скрыться с глаз подальше и быть готовыми к бою.

Встреча «гостей», в общем, прошла неплохо. Во всяком случае, без нареканий с немецкой стороны. Автотранспорт из штаба армии и самолеты из Варшавы прибыли почти одновременно. Мы их как надо встретили. Правда, охрану из штаба армии на аэродром не пустили и она дожидалась за воротами. А вот легковушки со встречающими доставили на стоянки прямо к трапам самолетов. Полковник, старший из встречающих штабистов, меня похвалил за организацию охраны и обороны аэродрома. Загрузив прибывших гостей в автомашины, штабные убыли с аэродрома. Экипажи самолетов мы на автобусе довезли до офицерского домика и там разоружили.

Через час на санитарных автобусах в сопровождении офицеров штаба армии, медиков и охраны привезли восемь раненых старших немецких офицеров и десяток гробов с телами высших и старших офицеров вермахта, погибших при артобстреле. Среди раненых оказался и командующий 2-й танковой группой генерал-полковник Гудериан. Охрана вновь осталась за воротами аэродрома. Мои парни запустили только санитарные автобусы и легковушку с сопровождающими. Машины разгрузили у самолетов и отпустили. Как только они скрылись с глаз долой, сопровождающих быстро скрутили, гробы перегрузили в грузовик и отвезли в могильник. Ну а раненые офицеры и пленные абверовцы нам вполне подошли в качестве вещественного доказательства наших подвигов. Свободные места в самолетах заняли раненые бойцы, груз с захваченными секретными документами и вещами. Улетали в тыл и несколько семей командиров, тех, кого быстро и без лишнего ажиотажа смогли забрать из деревни. Отрядные девушки улетать категорически отказались, потребовав оставить их в отряде.

Сопровождал груз Сергей с несколькими пограничниками и единственным выжившим в боях бойцом 132-го батальона НКВД. У всех с собой были необходимые документы и предписания, подготовленные мной. С ними я отправлял отчет о действиях отряда за все это время, собранные солдатские книжки и иные трофейные документы. Как ни жалко мне было отправлять Серегу в тыл, но других кандидатур для этого просто не было. Он подходил по всем категориям.