Выживший на адском острове

Вы же готовили батарею под Сталинград?

Айзенберг замотал головой:

– О нет, господин старший майор, мое дело было сконструировать орудия и снаряды к ним. Всего четыре штуки с десятью комплектами боеприпасов на каждое орудие повышенной мощности. Мне это удалось. Но что их собирались перебросить к Сталинграду, я не знал. Я ученый, мое дело изобретать, конструировать, а не убивать.

– Однако одно ваше орудие уже уничтожило около ста заключенных концлагеря.

– Но я не знал, что орудие будет применено против концлагеря.

– Хватит! Вам предоставят бюро, где вместе с нашими инженерами вы в кратчайшие сроки разработаете новые снаряды. Более мощные, нежели те, что были применены на Ургедоне. Производство снарядов, головную часть которых доставили наши разведчики, мы организуем и без вас. Сразу предупреждаю, создание условий для работы совершенно не означает, что вы будете получать все, что захотите, в бытовом плане. Некоторое послабление – это да, но не более. Вы не свободный человек, вы преступник, суд над которым пока отложен.

Конструктор побледнел. Он представлял себе встречу с советским начальством иначе.

Платов продолжил:

– Только в случае, если вы добьетесь высоких результатов в тех направлениях работы, которые вам будут определены руководством НКВД, суд может не состояться. Вам придется заплатить высокую цену за совершенные преступления. Пока я гарантирую вам жизнь, приемлемые условия и первоначальную задачу. Более подробно она будет поставлена в Москве. Все! Конвой, уведите.

Красноармейцы повели поникшего Айзенберга в отдельную камеру гарнизонной гауптвахты.

Платов с Шелестовым и офицерами группы поехали в штаб.

В кабинете расселись за столом. Старшина, один из подчиненных капитана Ефремова, принес чай и бутерброды. Несмотря на блокаду, продукты на остров Котлин, как и боеприпасы, практически беспрепятственно доставлялись по Малой дороге жизни.

Платов взглянул на Шелестова:

– Рассказывай, майор, как отработали в Германии.

– Вы же в курсе всего.

– В курсе всего только ты.

Шелестов доложил о проведении операции «Щит», отведя в ней решающую роль немецким коммунистам-подпольщикам.

В конце спросил:

– Одного не могу понять, товарищ старший майор. С чего вдруг британская авиация ударила по району ответственности северного командования ПВО, по Ольденхорсту и Хенсдорфу?

Платов кивнул:"

"– Мы предполагали, что во время операции возникнет тупиковая ситуация на патронном заводе. А также на маршруте отхода. Слишком много сил противостояло твоей группе: батальон СС, жандармерия, авиационный полк с подразделениями охраны и обеспечения. К тому же мы получили шифровку от разведчика из Берлина.