Кому добавки? История выживания на орочьей кухне

Разговор длился около получаса, и с каждой минутой лицо Адриана становилось всё мрачнее. Его плечи напряглись, челюсти сжались, и даже на расстоянии было видно, как он борется с желанием выругаться. Когда Дерен закончил свой доклад, магистр долго стоял молча, уставившись в землю и явно переваривая услышанное.

— Сколько времени у меня есть? — спросил он, наконец подняв голову.

— Официально? — Дерен нервно кашлянул. — Совет дал вам ещё две недели. Но неофициально… магистр, там говорят, что если решение не будет найдено в ближайшие дни, пришлют боевых магов. Чтобы силой разрушить барьеры.

— И что будет с общинами? — холодно уточнил Адриан.

Дерен отвёл взгляд и замялся с ответом, что само по себе было красноречивее любых слов.

— Понятно, — кивнул магистр. — Передай Совету, что я работаю над проблемой и близок к решению. И скажи, что мне потребуется больше времени, чем планировалось изначально.

— Сколько времени? — нетерпеливо спросил Дерен.

— Не знаю, — честно ответил Адриан. — Возможно, несколько недель. Возможно, больше."

"— Магистр, я не думаю, что у нас есть несколько недель, — обеспокоенно сказал молодой маг. — Настроения в столице очень нехорошие. Говорят о том, что кто-то намеренно саботирует защиту королевства, что это может быть подготовка к вторжению…

— Чушь, — отрезал Адриан. — Но я понимаю их логику. Скажи им, что я работаю над структурой барьера и скоро предоставлю полный отчёт.

Дерен кивнул, хотя недовольство было написано у него на лице крупными буквами. Он явно хотел получить более конкретные ответы, но не решался давить на старшего по званию. Быстро вскочив в седло, он ускакал в сторону столицы, оставляя за собой облако пыли и множество тревожных вопросов, повисших в воздухе.

Я осторожно выбралась из укрытия и подошла к Адриану, который всё ещё стоял у границы барьера, погружённый в мрачные размышления.

— Плохие новости? — осторожно спросила я.

— Хуже некуда, — кратко ответил он, не поворачиваясь. — Совет теряет терпение. А когда маги теряют терпение, даже они сами не могут предсказать последствий.

Следующие два дня Адриан ходил по общине как в тумане. Он по-прежнему приходил на кухню к завтраку и ужину, по-прежнему вежливо благодарил за еду, но было очевидно, что мысли его заняты чем-то совершенно другим. Ел он машинально, а на вопросы отвечал односложно и с задержкой, словно возвращаясь из далёких размышлений.

Большую часть времени он проводил у границы барьера, подолгу стоя неподвижно с закрытыми глазами и протянутыми к невидимой стене руками. Что-то записывал в свою тетрадь, время от времени доставал магические артефакты и проводил какие-то измерения. Я видела, как некоторые из его кристаллов светились тревожным красным светом, а другие оставались тёмными.