Жена воина, или Любовь на выживание

«Стоп, — я начала нервно постукивать по приборной панели летательной доски, — вы только что сказали: „Она страдала, как и все, но восстановилась быстрее“, — то есть не все женщины гибли?»

«Сильные выживали, пройдя через мучения», — подтвердил Гарданг.

«Вот атом нестабильный, — выругалась я. — Слушайте, а только мне вся эта ситуация навевает мысли о вирусе, а?»

Воин промолчал, я продолжила:

«Сами посудите — внесение вируса, мизерный инкубационный период, причем период, зависящий от силы воина, а потом, собственно, пик болезни. Сильные выживают, у слабых иммунная система пасует. А дальше что было?»

«Шейс сумел стать полезным, — произнес Гарданг, но теперь без злости, а с какой-то усталостью. — Женщины перестали гибнуть, был заключен договор».

«А в чем состоял договор?» — мгновенно спросила я.

«Основание храма, в который мы перенесли тюремный блок, демонтировав его со сгоревшего корабля. Так тела шейсов обрели захоронение. Позднее эйтны переместили храм в одну из пещер Иристана, мы не отслеживали».

«Почему не отслеживали?» — возмутилась я.

«Повелительница, — прошипел Гарданг, — мы воины, нас не интересуют религиозные отправления иной расы!»

«Да? — язвительно переспросила я. — Слушайте, вот был на Илоте один случай, попавший в анналы всех криминальных сводок. Так вот там один святой отец Космической церкви внезапно стал обрастать прихожанами. Те приходили, слушали, рты разинув, и потом опять приходили, во все большем количестве, потому что своих друзей и членов семьи притаскивали. И жертвовали, жертвовали…»

«Это вы сейчас к чему?» — перебил меня воин.

«А к тому, что правительство Илота тоже оказалось типа воин, и ему было как-то лево на религиозные течения, пока не выяснилось, что во время служб святой отче наркотик распылял, конкретный такой, действенный, вызывающий привыкание с первого раза. Когда же все вскрылось, в наркологическую клинику полтора материка превратилось!»

Тишина, затем хриплое:

Я тоже поняла, что как-то чересчур увлеклась разговором. С другой стороны, разговор получился содержательным, и я теперь представляла, что примерно искать — храм с куском от тюремного блока, в котором… Кстати, а в котором что?

«Гарданг, — позвала я, — а тела сгорели полностью?»

«Это тюремный блок, повелительница, изолированный тюремный блок, погибли все, но фрагменты тел сохранились, насколько мне позволяют судить просмотренные воспоминания предков, примерно семьсот тел сохранились частично, около четырехсот полностью».

«Что?! — Я просто не верила. — А сколько всего было шейсов?»

«Полторы тысячи, — ответил воин. — Один совершил самоубийство во время полета, остальные на момент катастрофы были живы».

«Спасибо, Гарданг», — прошептала я и обессиленно опустила руки.