Выжить вопреки

В чем проблема-то? Командиры долго пытались объяснить танкистам, что сложность вся лишь в том, что машины незнакомые, но людям дадут время на изучение. Я же, услышав возню, заметил просто:

– Мужики, хотите воевать на кастрюлях? Пожалуйста, оставляйте нормальные танки для тех, кто не испугается новинок. Здесь броня раза в три толще, чем у «двоек», пушка такая, что любой танк протыкает издалека, но если вам сложно и вы боитесь… Что ж, когда освободим людей из лагеря, наверняка там найдутся мужики, готовые воевать на всем, что дадут.

Этого хватило. Танкисты, услышав, что танк на самом деле очень мощный и защищенный, мгновенно согласились. Внутри во всех машинах были инструкции на немецком, но наши переводчики справились, всего за ночь перевели эти книжечки и выдали перевод бойцам. Дело сдвинулось с мертвой точки. Буквально через сутки танкисты сами удивлялись, чего они тут кочевряжились, отличные машины, да к тому же и удобные, не наши железные чемоданы, именующиеся танками. А нам действительно хотелось атаковать лагерь именно на немецкой технике, так больше шансов на удачу.

После освоения новой и неизвестной ранее техники появилась другая проблема. Теперь всем захотелось непременно сесть на Т-4, «двойки» и «тройки» уже не впечатляли. Но с этим быстро справились. Капитан уже просто рявкнул, и танкистам пришлось заткнуться. Всего в операции планировалось задействовать два Т-4, одну «тройку» и две «двоечки», плюсом шел бэтээр с установленным на нем «Флак-38». Кстати, бэтээр какой-то смешной, он не бронирован, у него нет кабины как таковой, не «Ганомаг» это, что-то маленькое. Пехоты набрали всего двадцать бойцов, остальные пошли в экипажи танков. Да, не больно хорошо это, но опытных танкистов было мало, вот и разбавили экипажи, как смогли. Заряжающими пошли артиллеристы, командирами – сержанты. Главное, мехводы все были танкистами, хоть с этим повезло. Да и оба Т-4 были полностью укомплектованы нормальными полноценными экипажами. На них и надежда.

Когда наша куцая колонна выдвинулась в направлении лагеря для военнопленных, нас попытались прощупать немцы. Пара истребителей словно сидела где-то рядом в засаде и ждала нас. В этот раз не бомбили и не стреляли, но по головам походили. Просто мы в этот раз шли уже не разношерстной командой, а вполне себе подразделением немецкой армии. Косяк был только в одном: шли не в ту сторону. Но когда «мессеры» начали на нас заходить, я, да еще и капитан поддержал, приветливо помахали летчикам ручками из кузова бэтээра. Те сделали свечку, прошли еще раз и ушли со снижением на запад.

– Блин, вот сто процентов, у них где-то совсем рядом аэродром. Задницей чую!

– Чего? – не слыша меня толком, перекрикивая шум двигателя, крикнул командир.