Выжить вопреки

Позже его осмотрит врач, у нас тут почти целый госпиталь в плен угодил, что делать… – пожал плечами комиссар, – всяко случается.

– Хорошо бы, чтобы на Большой земле это понимали.

– Нужно заслужить доверие, сейчас оно, – комиссар нахмурился и потер виски, – подорвано.

Выйдя в эфир, капитан Фролов затребовал у оставшихся бойцов в нашем лесном лагере срочно выдвигаться сюда, так как нам нужны были грузовики. Огромная толпа бывших пленных, выстроившись в колонну, которая растянулась на полкилометра, медленно двинулась вперед. До темноты нужно срочно уйти подальше. Где-то в пути соединимся с нашими бойцами на машинах, и тогда будет легче, правда, не намного. Чтобы перевезти такую толпу, нужно полсотни грузовиков, где их взять? Ума не приложу. Машины, танки, бэтээры и даже телеги, которые мы захватили у полицаев ранее, все были заняты. Перевозили раненых. Персонал захваченного в плен госпиталя работал не переставая. Повсюду стояли стоны, маты, очень много людей было побито и ранено. Погибших, как со стороны лагерников, так и с нашей стороны, похоронили рядом с сожженным лагерем. Фрицев не стали, только полностью обобрали. Даже командиры не стали обращать внимания на такие, явно мародерские действия бывших пленных, как снятие сапог и шинелей. Одеты бывшие пленные были кто во что горазд, поэтому радовались даже тощим немецким шинелькам. Радовало одно, что лагерь тут совсем недавно, люди вполне себе здоровы и могут пока еще идти пешком, но, конечно, есть хотели все.

Как я уже сказал, колонна была большая. Всех наших транспортных средств хватало для размещения лишь четверти бойцов. Сильное впечатление на меня произвел комиссар Рыков. Он был хоть и не ранен, а сильно побит и истощен, но пока его в буквальном смысле не засунули в машину, он так и шел пешком вместе со всеми. Километра четыре преодолел. Вроде ничего мужик, не знаю пока, как остальные. Всего было восемь командиров старшего комсостава, от майора до полковника. Но почему-то командование всей группой принял именно дивизионный комиссар. Вроде бы политработник, образование явно гражданское. Ан нет. Оказалось, этот комдив действительно был в прошлом военным, только с началом войны его засунули на эту должность, а так он военная косточка. Причем, что еще больше меня удивило, он офицер царской армии, революцию застал прапорщиком. Участвовал в Брусиловском прорыве. Вот так!

Фрицы узнали о нас быстро. Вначале вновь появились два «мессера», даже не бомбили. Сделали один заход и «пробежали» колонну пушками, добавив нам убитых и раненых. Командование приказало прибавить скорости, так как на горизонте появился крупный лесной массив, да и на картах он был, скорее всего, туда изначально и шли.