Выжить. Вернуться. Отмстить

Гурам, который имеет огромное влияние в Грузии, русский генерал Вертопалов, осуществляющий руководство спецподразделениями на Северном Кавказе, работающий в паре с Гурамом. Еще целый ряд высокопоставленных чиновников, как в Москве, так и в Тбилиси, которым крупный конфликт России с Грузией нужен для решения своих, далеко идущих планов. Слишком много влиятельных лиц жаждет крови, Чары. Крови, которая принесет им укрепление положения, власть, а значит, и огромные деньги.

— Все это так, Георг, но не все чиновники продажны, как Гурам и этот, как его, Вертопалов. Русский генерал контролирует спецподразделения на Кавказе, не дает им действовать, как того требует обстановка. Да, он влиятелен, но где его влияние на ВДВ? Какой-то блокпост десантников не может заблокировать. И нам придется прорываться через него. Где гарантия, что Вертопалову не наступят на хвост спецслужбы ФСБ? С безопасностью у него тоже не все в порядке. Да кто он такой, чтобы влиять на ФСБ или внешнюю разведку? Ты не допускаешь, что нас уже пасут и готовят встречу в районе засады?

Чавадзе резко ответил:

— Нет, не допускаю! Если бы русские спецслужбы пронюхали об операции «Пламя», то и Моллаева с офицером Гурадзе повязали бы в Новоильинске, и начальника складов арестовали, никакой колонны не выпустив со складов, а нас накрыли бы во время перехода через завал. Самое удобное место для уничтожения отряда. Артобстрел или авианалет, и все! Наши останки остались бы дымиться на оплавленных камнях этого завала. Но ничего подобного не произошло. По крайней мере, в отношении нашего отряда. Для чего русским играть с огнем, подставлять своих людей, готовить капкан у холма и карьера? Для чего терять своих людей, если наш отряд можно уничтожить и без боя?

Помощник протер платком лоб:

— Ты прав! И все же меня не покидает тревога.

— Ты когда в последний раз кололся?

— Давно! Обещал же, что во время операции воздержусь. Вот и держусь!

— Тогда понятно, откуда у тебя тревога. Скоро глюки начнутся. И о чем ты думал, когда впервые вколол себе героин?

— О том наслаждении, что обещал друг, предложивший шприц.

— Ну и как наслаждение?

— Тебе этого не понять.

— У тебя есть с собой героин?

— Да! Взял с собой на крайний случай. Чтобы не свалиться от ломки!

— Тогда отойди в сторону и приведи себя в порядок!

— Ты разрешаешь то, что сам категорически запретил?

— А что мне остается? Не тащить же тебя, подыхающего, к месту штурма? Мне нужны бойцы, а не рухлядь. Но учти, тебе этот укол будет стоить очень дорого. Когда наступит время делить «бабки».

Помощник повеселел:

— Да черт с ними, с «бабками», спасибо, Георг, ты настоящий друг! С понятием, не то что Череп.