Выжить. Вернуться. Отмстить

А ты, как уйду, чтобы тебя потом во все дыры не трахнули, свяжись с Черепом и доложи, куда и зачем я ушел, несмотря на все твои попытки удержать меня!

— Трахнуть бы тебя самого!

— Попробуй, если жить надоело!

Моллаев бросил тряпку, которой вытирал стол, в мойку:

— Иди, капитан! Шайтан с тобой! Но учти, если обманул, если подставишь…

— Вахид? Ты решил мне грозить?

— Не грозить, а предупредить!

— Да я уже предупрежденный! И не волнуйся! Я тебя не сдам и не подставлю. Отработаю свое сполна. Как и обещал. А слово свое всегда держу!

Моллаев махнул рукой:

— Ладно, проваливай! Кто бы мне бабу привел! А то скоро сам себя начну трахать. Раньше Армен подгонял девочек. Сейчас в кабак не сунешься!

— Так ты весь сыр-бор поднял из-за зависти? Из-за того, что я могу пойти к бабам, а ты нет?

— Да отвали ты, капитан!

— Ничего. Еще наверстаешь свое!

— Наверстаю! Ух и наверстаю!

— Вот и я о том же!

— Ты телефон не отключай!

— Само собой!

— Иди! Мне еще прибраться на кухне надо!

Приведя себя в порядок, бросив в борсетку средства для снятия и накладки грима, ровно в 20.00 Макаров вывел машину на трассу. Проехал до первой стоянки на территории бывшего автопредприятия, превращенного в ремзону для грузовых автомобилей. Оплатил место до утра, прошел к остановке автобуса. Здесь стояли машины таксистов-частников. Макаров подошел к ним:

— Добрый вечер, мужики!

Водители ответили:

— Добрый!

— Привет!

— Здравствуй!

Капитан спросил:

— Кто у вас свободен?

Ответил мужчина лет пятидесяти:

— Мы все свободны. А кто осужден, тот в «зоне» или в бегах. Куда ехать-то?

— На Пушкина!

Мужчина обернулся:

— Василь! Твоя очередь, поедешь на Пушкина?

— Поеду!

Мужчина указал на серебристую «десятку»:

— Вон моя тачка!

Макаров сел в «десятку».

Водитель спросил:

— Куда на Пушкина?

— Я покажу, где остановиться!

— Лады. За проезд сотка! Устроит такса?

— Устроит! Поехали!

Проезжая по нужной улице, Макаров сказал водителю:

— Здесь останови.

— Хозяин-барин! Пожалуйста!

Серебристая «десятка» остановилась.

Капитан расплатился, вышел из салона. Машина развернулась и ушла в сторону вокзала.

Макаров посмотрел на часы: 20.50. Галина должна уже быть дома. Он прошел ко второму корпусу. Вон на первом этаже правой стороны левого подъезда ее окна. И на кухне горел свет, так как на улице было уже сумрачно. Если горит свет, то Галя дома. Макаров улыбнулся про себя: «Гениальное умозаключение, ничего не скажешь».

Он вошел в подъезд и хотел было подняться на лестничную площадку, как вспомнил:

— Черт! Усы и борода.

Они делают его неузнаваемым. И только напугают Галю."

"Поднявшись к окну между первым и вторым этажом, Макаров достал из борсетки флакон. Тампоном намочил усы и бороду. Почувствовал, как они отклеиваются. Сдернул их. Протер носовым платком лицо.