Просто выжить

И, надо же такому случится, что короля этой страны очень прогневил один барон. Уж не знаю, чем именно, но — прогневил. И король отправил его в ссылку, в самое скучное место в стране, вот в эту самую крепость. Однажды прискакал гонец и сообщил, что одну комнату теперь будет занимать настоящий барон. Крестьяне обсудили это между собой и долго смеялись. Слуг то в крепости нет, кто будет барону чистить сортир? Представляете, говорили они, что будет с этим столичным неженкой? Приехал барон, уже не слишком молодой, устроился в комнате и, через некоторое время, ему понадобился туалет. Когда он вышел, все ждали, что он начнет стенать и плакать. Но — нет. Он взял ведро и тряпки, одел перчатки, в которых чистят конюшню, и вычистил туалет. Тогда крестьяне его спросили — вы же барон, разве вам не стыдно чистить это? И вот его ответ, баронет Санчо, запомните, пожалуйста, навсегда. Барон ответил так:

— Аристократу не стыдно драить туалет, аристократу стыдно жить в грязи!

— Браво, фру Елина! Очень мудрая история. С вашего разрешения я заберу Санчо на некоторое время.

Елина не слышала, как вошел барон. Ну, что уж теперь…

В общем и целом жизнь в усадьбе наладилась и протекала спокойно. Нельзя сказать, что Васа приобрел безукоризнненые манеры или, что Гантей стал совсем уж послушным, но сдвиги были видны, а остальное — просто дело времени.

Глава 36

Выпал первый снег.

Вчера отмечали Сонный день — день, в который, по легенде, Единый усыпает. Съездили в храм. Ну, храм, как храм, ничего особенного. Портретов единого не вешают — считается, что у него нет определённого лица, а выглядит он так, как хочет. Стены расписаны довольно симпатичными узорами. Перед храмом есть что-то типа сеней, там в чаше горит огонь, от него зажигают свечку. Зайдя в основное помещение нужно подумать о том, что плохого и хорошего ты сделал за последнее время, и попросить у Единого прощения за грехи. А уж он ваши поступки сам взвесит. У него и весы есть. Именно весы и стоят в центре храма, не слишком большие, отделанные камнями. Рядом хор из нескольких жрецов — поют что то жалобно. На жрецах серые шелковые хламиды — признак смирения и отказа от мирского. Да, когда внутренний разговор с Единым закончишь, нужно потушить свечу и провести тремя пальцами по лбу. Это, вроде как, отсчет новой жизни начинается. Подношения жрецам складывают у ворот храма.

Елине нравилась местная религия — не слишком навязчивая и не слишком финансово обременительная. Никакой десятины храм не получал. Существовал исключительно на обслуживании женитьб, посвящении ребенка в лоно веры, молитвы за больных и прочее. Ну, и добровольные подношения. Храмовники, говорят, и в самом деле жили очень скромно, при каждом храме обязательно было что-то вроде больнички — там мог получить помощь любой.