Моя война: Выжить вопреки. Испытания. Чужой

Тот попятился, а я уже развернулся и метнул нож в первого, того, что постарше. Хорошо, что нож был не в ножнах, поэтому легко и вытащил. К этому времени полицай уже успел чуть расслабиться, и ствол винтаря смотрел вниз. Нож вошел ему в живот, заставив разжать руки и выпустить винтовку. С него хватит, пора и второго окучивать. Повернув голову, увидел, как молодой Сашко судорожно пытается дернуть затвор.

– Оружие надо держать заряженным! – Мой кулак прилетел ему в голову, заставив забыть обо всем на свете. Удар у меня хороший, поставить успел по старой памяти. Это нож я кидаю хреново, редко когда могу на уровень груди попасть, чаще ниже, как сейчас. Почему не получается, не понимаю. Вроде выпускаю не поздно, а он все одно низко входит. А если еще чуть раньше, то не втыкается, а попадает плашмя. Что-то я заговорился. Молодой, упав на землю, жалобно скулил, держась за щеку. Чего-то он в ступор впал, надо расшевелить. За того, в которого я нож метнул, я не переживал, отходит уже, я глянул краем глаза. Сашко же я убивать не спешил, мне сведения нужны.

Перевернув его лицом к земле, я связал полицаю руки его же веревкой, которую он для меня приготовил. Он что-то пытался сказать, но я лишь пнул его легонько в бок и приказал молчать. Так, этот уже не убежит, пойду, осмотрю трофеи. Страшно ли мне было, вот так запросто взять и напасть на двух вооруженных людей? Конечно, страшно. Да только выхода-то нет. Да и чем они от меня отличаются? Такие же люди. Могли пристрелить? Конечно, могли, но не пристрелили же. В такой ситуации, видимо, мобилизуются все резервы организма. Полицаи были уверены в своем превосходстве, а мне деваться было некуда, вот я и вышел из схватки победителем.

У первого в кармане оказался пистолет, наш ТТ, в другом кармане был запасной магазин, а в сидоре, что лежал возле скамейки, ага, они на ней тут и сидели, патроны россыпью. Уже хорошо. Патроны для винтовки, портянки, кстати, чистые, так как не воняли, и что-то из еды. Выдернув у него из пуза нож, вытер об его же одежду и направился вновь ко второму. Перевернув его и осмотрев, увидел под курткой ножны. Через минуту у меня на поясе уже висел нож в ножнах. Короткоствола у Сашко не было, только винтовка, патронов было мало, меньше трех десятков. Больше у молодого ничего и не было.

– Давай-ка поговорим теперь, друг ситный, – выдернув у него изо рта кляп, его же кепку, я показал кулак. – Только попробуй дернуться или заорать, на ремни порежу, понял меня?

Сашко закивал часто-часто.

– Смотри, я спрашиваю, ты отвечаешь, коротко и правдиво. Пойму, что врешь, будет больно. Сколько вас в деревне?

– Шестеро. Точнее, с нами было шестеро.

– Когда смена?

– В двенадцать.

– Немцы в деревне есть?

– Комендант и солдаты.

– Численность комендантского взвода?

– Десять солдат и унтер-офицер.