Моя война: Выжить вопреки. Испытания. Чужой

После трех или четырех коротких очередей пулемет захлебнулся, и мои попытки дернуть затвор успеха не принесли. Черт, видимо, переворот на мотоцикле все же сказался. Раздумывать времени не было совсем, бросив пулемет в снег, тот аж зашипел, я вновь выхватил «наган». Только сейчас услышал, что стреляют, оказывается, все наши. Из-за машины показались всего трое врагов, вдвоем с Валеркой мы их положили быстро.

– Борт, все? – крикнул я.

– Ага, – ответил Ваня.

Когда мы сошлись вместе у грузовика, оказалось, что в основном трупы лежат с той стороны, откуда вел огонь Борт и его напарник. Вот у нас и было всего трое, но в кузове оказалось еще четверо «двухсотых».

– В машину не стреляли? – спросил я, глядя на напарника Бортника.

– Нет, целились в солдат…

– Молодцы, – кивнул я. – Вань, надо в деревню, проверить там, нет ли еще немцев.

– Сам и схожу. Пошли! – это он уже своему напарнику сказал.

Через несколько минут, пока мы с Веревкиным переворачивали мотоциклы, со стороны деревни донеслась стрельба, но вялая.

– Андрей, думаешь, на мотоциклах мы до наших доберемся? – с сомнением в голосе спросил Валера.

– Куда-то точно доберемся, а там видно будет, – многозначительно ответил я.

Ехать я решил в направлении Брянска, по сведениям Вани Бортника, именно в этом направлении нам будет легче прорваться. Фронт еще не остановился, наши давят, хоть и гораздо медленнее, чем в начале наступления, но начинающие таять дороги сказывались и на нашей армии. А вообще, здесь не так и далеко до линии фронта, да и я теперь не в одиночку пробираюсь, справимся."

"На мотоциклах впереди ехали разведчики-диверсанты, Веревкин так и сидел со мной в машине, правда, в кузове. Было довольно холодно, уже не минус тридцать, как в начале января, но градусов около десяти, может, даже восемь мороза было. В кабине у меня сидела жена, прижавшись ко мне и склонив голову на плечо. Было неудобно, но мне безумно нравилось, что мы вновь вместе. Валюшка что-то говорила, тихим, ласковым голосом, пришлось даже напрячься, чтобы не потерять концентрацию.

За остаток вечера, а выехали мы довольно поздно, удалось проехать немного, около пятидесяти километров. Просто в мост уперлись. Пока нашли местечко, где можно было замаскировать технику, пока диверсанты сползали и осмотрели охрану моста, ночь уже спустилась на землю. Сам я не участвовал, хватит, на фиг, тут и без меня «героев» хватало. Да и нога болела серьезно. Валюшка хлопотала возле меня, хотя за ней самой уже смотреть нужно.

У разведчиков после боя в деревне был всего один раненый, да и то не серьезно. Парню руку зацепило, ничего, он крепкий, дотянет легко. Борт увел на мост всех своих, за исключением этого раненого, а уже спустя час донеслась стрельба.