Моя война: Выжить вопреки. Испытания. Чужой

Наберешь себе еще бойцов, с нами в лагере и погранцы были, они парни ушлые, может, сгодятся?

– Конечно, сгодятся, только пойдут ли ко мне…

– Хотел сказать в подчинение? – хмыкнул комдив.

– Ну…

– У немцев во всем порядок, учет они вели грамотный и точный. Когда разгромили лагерь, я приказал собрать все документы. Там были и мои бумаги, и даже печать штаба дивизии. Короче, у пограничников есть сержант, ты тоже будешь сержантом, идет? И да, я предупрежу, конечно, кто из вас старший.

– Так точ… – я осекся, – хорошо, товарищ дивизионный комиссар.

– Не бойся, я ничего не слышал, да и не за что бояться, суть-то одна. Тем более эти слова душу греют… – Вот это выдал генерал!

– Товарищ…

– Да зови комдивом, не нужно выговаривать мое звание, долго выходит, а мы не в штабе, – комдив, морщась, покачал головой. – Понимаю, что устали, всем сейчас нелегко, но… Слушай приказ, сержант…

Топаем. Опять пешком отправили, зря. Я так просил мотоциклы, под фрицев мне косить понравилось. Ладно хоть форму не заставили снять немецкую, а то бывают тут такие кадры…

Задачу мне поставил комдив, в принципе, известную. Я и сам об этом думал, даже капитану говорил. Надо разведать аэродром противника, наверняка где-то рядом. На картах его не было, но это и немудрено. Немцы продвигаются быстро, уже вон почти до Брянска дошли, а местами, может, уже и дальше. Короче, аэродром, скорее всего, разместили не так давно, пехотные части могут о нем и не знать. Летуна бы где откопать, вот там уж наверняка карты так карты!

– Ну, чего, Мороз, вот и стал настоящим командиром! – прервал мои мысли голос Бортника.

– Да брось ты, Вань, какой в задницу командир… – скромно проговорил я.

– А не скажи, – заметил Иван, – раньше ладно, а теперь тебе даже бумаги выправили. Это другое дело.

– Ладно уж, подчиненный, топаем дальше, – усмехнулся я. Погранцы попались вменяемые, подчинялись без слова, приказ есть приказ. Да и в плену побывали, это спесь сбивает на раз. Если таковая была. Слушали внимательно, не перечили, спрашивали по делу. Я иду первым, Ваня, закончив разговор, вернулся назад, он замыкающий. Егор тоже светится, как-никак, а этим двум сусликам чуть проще со мной, не первый день знакомы. Шли в том направлении, в котором улетели памятные «мессеры». Мы тогда к лагерю топали, ручками им махали. Тогда самолеты ушли со снижением на северо-запад, вот и мы туда премся. Ночь, темно хоть глаз выколи. Но идем мы через поле, так что не сложно. Это не по лесу в темноте шариться.

Выйдя на небольшой пригорок, я остановил ребят. Впереди внизу, под холмом, были видны огни. Недалеко, но отсюда не разглядеть. Хотя… Если огни освещают там хоть немного, то в бинокль можно попробовать рассмотреть. Достав оптику, я направил ее на огни.