Выстрел в спину

Умалчивают, недоговаривают, лгут, смотрят святыми глазами, оскорбляются, когда им не веришь. Уличенные во лжи, простенько эдак признаются: «Грешен, обманул, так ведь это, к делу не относится». Откуда они знают, относится или не относится?

Шутин, тот вообще патологический лгун. Большой черный пистолет, похож на «ТТ», говорит он. Перов точно называет: «„Вальтер“ калибра семь шестьдесят пять». Один знает, другой нет? Чушь! И вообще, мужчина, взяв в руки пистолет, долго его разглядывает, вынимает обойму, передвигает затвор, прицеливается. Такова природа мужская. Шутин лжет. Почему?

Легко сложить схему: Шутин — убийца, знает, что следствию известна марка и калибр пистолета, из которого был произведен выстрел, и лжет, чтобы не навести на оружие преступления. Красиво и правдоподобно. Шутин лжет, возможно, не ведая почему. Просто так, для перестраховки, зачем, спрашивается, распространяться о когда-то виденном пистолете?

К примеру, Ирина. Как она, встретив Леву, прикусила губку и, сдерживая слезы, говорила о Павле Ветрове? А между тем она знала о пистолете с самого начала. Почему же сразу не сообщила об этом на допросе? Ведь ее лучший друг, человек, любивший ее, был застрелен? Почему не сказать? Пистолет вернулся к Олегу, и жена боится навлечь подозрение на мужа? Возможно. Но скорее всего она считает, что давний пистолет не имеет отношения к преступлению. А тут начнутся допросы: как да почему не сдали оружие? Начнут «таскать» в милицию и прокуратуру. Есть такое слово у обывателя: «таскать».

Рита уже давно разогрела принесенный из дома шашлык, заварила чай, взяла книгу Павла Ветрова, перелистала, тут терпение ее кончилось.

— Извини, Гуров, что такое презумпция невиновности?

Лева закрыл свою папку, отодвинул ее, повернулся к Рите, взглянул недоуменно. Наконец Лева увидел ее, понял вопрос, и на его лице появилась лукавая улыбка.

— Согласно закону, человек не виновен, пока не доказано обратное. Бремя доказательства лежит на органах следствия. Человек же ничего доказывать не должен — не виновен, и конец. Например, — Лева сделал вид, что задумался, — ты умышленно мешаешь мне, доказать я этого не могу. Ты не виновна, хотя лично я и убежден в обратном.

— Доказать не можешь, и конец, — подхватила Рита, быстро расставляя тарелки. — Давай ужинать, я ужасно голодная. — И без всякого перехода спросила: — Лева, а ты любил когда-нибудь?

Гуров взял девушку за руку, посадил на колени, заглянул в глаза. Рита затихла и в первый раз в жизни почувствовала, как бьется сердце. Но Лева не обнял ее, не поцеловал.

— Ваш вопрос бестактен, мадемуазель, — сказал он, снял ее с колен, вздохнул и добавил: — Любил ли, не знаю, но влюблен был точно, до галлюцинаций.