Выстрел в спину

Он приехал, как всегда, абсолютно точно, из окна зала его прекрасно видно, так зачем заходить, рассуждал Павел.

Олег сидел в тренерской — окно здесь выходило на противоположную сторону, — смотрел на часы и нервничал. Все разговоры о дружбе не стоят выеденного яйца, думал он, где его, Павла, хваленая точность?"

"Прошло двадцать минут, когда Олег наконец догадался выйти на улицу. Павел не сказал, что ждет уже давно, полагая, что это ясно без слов, молча кивнул, и они, не сговариваясь, поехали к Перовым. Не произойди этого глупейшего двадцатиминутного ожидания, возможно, разговор, такой важный для Перова, сложился бы иначе. Они доехали, не проронив ни слова, Ирины дома не было; когда уселись на кухне напротив друг друга, Олег кипел от обиды и негодования, а Павел был полон холодного сарказма. Тяжелый деревянный стол разделял их, словно ничейная земля или пограничная волоса. И конечно, не выдержал молчания Олег, он не знал, с чего начать и чем кончить, вообще не знал, о чем говорить. Вместо того чтобы сказать просто: мол, потерял себя, помоги найти, Олег начал упрекать всех в равнодушии и эгоизме. Павел слушал, привычно потирая подбородок, и зло щурился, он не вдумывался в слова друга, терпеливо ждал, когда тот кончит, чтобы врезать этому здоровенному мозгляку и слюнтяю.

Наконец Олег выдохся, начал повторяться, говорить о несерьезных мелочах. Павел провел ладонью по столу, стряхивая все несерьезные обиды друга на пол и как бы расчищая перед собой площадку для ответного нападения.

— Отстрелялся? — спросил он. — Отойди в сторону, дай стрельнуть другому. Я давно хотел тебе сказать несколько слов. С чего ты начал свою жизнь? Ты женился. Прекрасно. Такие девушки, как Ирина, встречаются одна на миллион. Однако семейная жизнь не только любовь, цветы и совместные радости. Женившись, мужчина, тем более когда он старше своей подруги, берет на себя уйму обязательств. Устройство быта, хлеб насущный, — Павел загибал пальцы, — воспитание жены и себя, да-да, себя, потому что супруг, глава семьи, это мужчина в новом качестве. И главное, создание в семье духовных ценностей. Что ты уже сделал?

Квартира? Прекрасно! Ты нашел каких-то проходимцев, которые… не перебивай, я чувствую, проходимцев с другой стороны улицы. И ты сам знаешь, что я прав. У тебя не было денег, ты отгрохал шикарную квартиру, все здесь здорово, продуманно, удобно. Это не твоя квартира. Чужая. У меня хуже и беднее в десять раз. Но это моя квартира, — Павел ударил себя в грудь. — Возьми у меня любую вещь и спроси: Павел, расскажи мне, к примеру, про это кресло. И я тебе отвечу, когда и где я его купил, на какие деньги, как я их заработал.