Одиночный выстрел

Казалось бы, ну узнали в лицо – пропустите сразу, но нет: «Назовите кличку собаки вашей тетушки Ирмы! Кстати, какой она была породы?»

«Тетя Ирма?»

«Сэр, мы здесь не развлекаемся, а работаем. Итак, какой породы была собака?»

«Черный терьер…»

Потом три минуты ожидания у двери с надписью «Старший следователь БС ДПН». Что это означает? Руммель даже не пытался расшифровывать, он давно уже устал от всего этого.

– Прошу вас, сэр, присаживайтесь. Вы ведь у нас не первый раз? Берите листок бумаги или два, если хотите. А вот авторучка… Пожалуйста.

Как и во все прошлые посещения следователя, Руммель вопросительно посмотрел на следователя.

– Забыли, что нужно писать? – ласково спросил тот, словно психиатр пациента. – Все с самого начала, где и при каких обстоятельствах вы разминулись с майором Бекетом. Не рассказывал ли он вам перед этим о каких-то своих проблемах? Не казался ли подавленным? Не жаловался ли на усталость?

– Спасибо, я вспомнил.

Руммель всегда так говорил, чтобы заключить со следователем «позитивный контакт». Главное – чтобы после разговора с человеком у него не осталось связанных с вами неприятных ассоциаций. О чем бы ни говорили, что бы ни обсуждали, пусть даже это был резковатый спор, закончить нужно вопросом о его делах, семье, продемонстрировать искренний интерес к этой теме. Поблагодарить за что-то, пусть это будет пустяк, за чай, конфеты, печенье.

Технологии вербовки так глубоко проникли в сущность Руммеля, что он уже не знал, каким был до всех этих бесконечных тренингов и курсов повышения квалификации.

Самое смешное, что и следователь работал по той же методике, поэтому иногда их беседы были похожи на общение людей малоадекватных.

«Спасибо, что зашли, капитан. Кстати, отличный пиджак, я о таком давно мечтаю»."

"«Благодарю вас, купил по случаю. И знаете, сегодняшняя наша беседа была какой-то особенно теплой, я так ценю эти минуты, если честно…»

Руммель разгладил ладонью шершавый лист бумаги, покрутил в руках авторучку и стал выводить первую строчку.

Поначалу буквы выходили кривовато – у него не было возможности достаточно практиковаться, ведь все необходимые документы можно было надиктовывать или набирать на панели. Однако объяснительные для следственного отдела требовалось писать авторучкой. Так спецам проще было раскрыть состояние писавшего и заметить даже неосознанные попытки скрыть правду.

Рассказывая историю пропажи майора Бекета, Руммель всякий раз писал одно и то же. Многочасовой полет до Ранера, затем, по инициативе майора, уход к непригодной для жизни планете Страус и облет ее по экватору – в разные стороны. Это также было предложено Бекетом: огибая Страус навстречу друг другу, они могли сэкономить время.

Но в назначенном районе встреча не состоялась.