Одиночный выстрел

До темноты Бекет трижды наведывался к чинившим «маскот» механикам. Дело у них шло быстро, запчастей хватало, и на другой день инженер обещал завести двигатели.

– Ну-ну, работайте, – говорил Бекет и уходил.

Жизнь в захваченном лагере постепенно налаживалась, посреди лагеря на костре гвардейцы готовили себе еду, а для пленных, содержавшихся теперь в помещениях для «товара», горячую еду готовил корабельный кок.

79

Первая ночь на новом месте прошла относительно спокойно. Нападений не последовало, однако Бекет просыпался четыре раза, чтобы навестить радарный расчет и проверить караульную службу, которую несли гвардейцы Гудрофа и Илкнера. Они разделили смены поровну и стояли на часах в то время, как их прелаты отправились ночевать в замок Гудроф.

Костер посреди лагеря продолжал гореть, хотя для отдыхающей смены Бекет выделил гвардейцам несколько просторных помещений на борту «Ленокса». Некоторые гвардейцы отдыхали там, но еще человек десять предпочли ночевать у костра, завернувшись в плащи и овчинные накидки. Так им было привычнее.

Несмотря на прерывистый сон, утром Бекет почувствовал себя отдохнувшим, а когда вышел на трап «Пифии», не удержался от улыбки, увидев стоявших вдоль борта «Ленокса» лошадей, привязанных к наспех сооруженной коновязи.

Проверив посты и посетив радарную, Бекет убедился, что служба идет без нарушений.

Прибежал гвардеец и доложил, что механики уже встали.

– Пусть позавтракают и выходят на работу.

– Да, сэр! – козырнул гвардеец и помчался по галерее, но потом вдруг остановился.

– Сэр, но они же не понимают по-ансольтски, как я им скажу, чтобы шли завтракать?

– Ну, братец, покажи жестом. Тут языков знать не надо.

– Конечно, сэр. Извините!

Вскоре механики вышли на работу и принялись чистить нападавший возле «маскотов» снег. Бекет постоял еще немного и вернулся в каюту командира эскадры, чтобы принять горячий душ и побриться настоящими лезвиями.

Впрочем, расслабиться по-настоящему майору не удавалось, даже в душевой комнате при нем был пистолет-пулемет, а за дверью у стены – две гранатометные тубы.

Если бы за ним прибежал курьер, Бекет был готов немедленно приступить к обороне, однако противник оказался терпелив. Бекет вымылся, побрился и позаимствовал пару чистого белья из запасов главного пирата.

Чистый и довольный собой, с гранатометной тубой на плече, он отправился на камбуз и разогрел в печке пару самостоятельно приготовленных бутербродов.

Засуетившийся было кок пытался предложить ему свои услуги и накормить «ваше превосходительство» по первому разряду, однако Бекет никому не доверял и обошелся собственным умением.