Одиночный выстрел

Застать робота лежачим лучше всего, однако это было маловероятно, «куксдоги» оснащались системой быстрого подъема, ведь в бою шагающие машины часто падали. Оставалось надеяться на медлительность пилота и шок от потрясения. Железу не больно, у него не кружится голова, а вот пилот рухнувшего «куксдога» не сразу может вернуть прежнюю концентрацию и наблюдательность.

Но вот великолепный пируэт! Как будто это не многотонная машина, а танцор из балетной труппы. Бросок вперед тяжелых манипуляторов, рывок и разворот на одной опоре. Теперь «куксдог» снова стоял на ногах.

– Иэх-х-х! – выдохнул Бекет, взбегая по нагромождению из нескольких полуистлевших пеньков. Где-то там, на вершине стальной машины есть бронированная шторка, но почти всегда она бывает открыта, ведь в кабине жарко от внутреннего генератора, радарных блоков, лазерного дальномера. Никакая вентиляция не справляется с такой жарой, вот и открывают пилоты жалюзи – совсем немного, ради глотка свежего воздуха.

Да, они прикрыты сетчатой броней – воздух проходит, а пули и осколки нет, но кто из настоящих солдат следует инструкциям? Пилоты убирали сетки, чтобы облегчить приток воздуха, – это Бекет знал наверняка.

Шаг, еще шаг! Прыжок!

Никелированный «спрадок» уже в руке, затвор передернут, патрон в стволе. Что можно сделать с этой четырехмиллиметровой крохой? Только один выстрел – в щель между пластинами жалюзи.

Только один выстрел.

Оттолкнувшись от трухлявого бревна, Бекет воспарил в воздухе. Вот и объект – красное лицо, стекающие по виску капли пота. Он немного растерян, он еще не понял, что произошло, а Бекет понял.

Совмещение, доля секунды на паузу – и выстрел, едва различимый среди треска горящих бревен и шипения механических систем.

«Главное – верно приземлиться», – успел подумать Бекет, группируясь перед ударом о землю. Удар, кувырок, и, кажется, все в порядке, под снегом хвоя и песок, очень удачно.

Знал бы, где упасть… Выходит, знал.

Укатившись в кустарник, Бекет расцарапал щеку, но даже не переменил положения, оставаясь лежать на снегу и прислушиваясь к действиям «куксдога». Однако машина стояла без движения.

Бекет выждал еще секунду и поднялся.

– Эй, вы, давайте сюда, скорее! – позвал он двух показавшихся из-за деревьев гвардейцев.

Отсюда, где он стоял, было видно множество разбросанных вдоль обочин тел в бордовых мундирах. Это была цена победы, кровавый привкус первого успеха в борьбе с пиратами.

Из укрытий стали появляться уцелевшие гвардейцы. Через мгновение возле Бекета их собралась дюжина – солдаты в обгоревших, изорванных мундирах.

– Пирамиду мне скорее! Я должен забраться наверх! – крикнул Бекет, указывая на заметную снизу дверцу – вход в кабину пилота.

Гвардейцы поняли сразу.