Выстрел мимо цели

Элизабет обходит здание сбоку с главным констеблем Эндрю Эвертоном, однако Джойс решительно направляется через парадную дверь, потому что ей очень любопытно. Самое замечательное в расследовании убийства то, что вы можете дать полную волю любопытству, называя это работой. Однако Джойс разочаровывает тот факт, что смотреть здесь особо не на что. Все следы Хизер Гарбатт пропали. Единственный намек, что она когда-то тут жила, – это бледные квадраты обоев в тех местах, где раньше висели картины. Хотя нет никакой нужды проявлять осторожность, ходить на цыпочках и не прикасаться к чему-либо. Джойс дана полная свобода действий. Дом, конечно, обыскали много лет назад, и все улики, которые могли тут быть, давно изъяты.

Но никто не обыскивал сад. Да и зачем, собственно? Если тело унесло в море, то что можно выкопать в саду? Джойс заходит в гостиную и видит прекрасные двери патио, обрамляющие вид на большой желтый экскаватор, хлопающую на ветру полицейскую ленту и главного констебля Эндрю Эвертона в форменной фуражке и светоотражающей куртке, который принимает командование на месте происшествия. Один из констеблей открывает двери, и Джойс ступает на деревянный настил патио. Ей приходится шагать осторожно, ведь покрытие стало чрезвычайно скользким. Каменное, по ее мнению, было бы лучше. Однако она вынуждена признать, что настил хотя бы выглядит приличнее, чем остальная часть заросшего сада и увядающего дома.

Экскаватор здесь находится с восьми утра. Сад и даже отдельные участки леса за его пределами испещрены ямами. Двое мужчин в касках начинают разбирать настил патио. Крошечные цветные флажки отмечают места, где были вырыты ямы и где их еще предстоит вырыть. Джойс замечает Элизабет. Она – сюрприз, сюрприз! – не отходит от главного констебля.

– Как много ям, – замечает Джойс. – И я была права насчет кухни. Она даже сейчас вполне пригодная. Очень много мест для хранения.

– Не все ямы наши, – говорит Эндрю Эвертон. – Кто-то – положим, Джек Мейсон – тут годами копал самостоятельно. Особенно это заметно, когда заходишь в лес.

Джойс смотрит в лес за садом.

Там полицейские в форме копают лопатами.

– Как много полицейских, – замечает она.

– Я главный констебль, – отвечает Эндрю Эвертон. – Люди, как правило, бегут исполнять то, о чем я их прошу. Мне сказали, что единственный найденный пока скелет принадлежал морской свинке.

– Ничего себе, – говорит Эндрю Эвертон.

– Через некоторое время вам надоест ее слушать, – замечает Джойс. – Она постоянно что-нибудь выкапывает или огорчает русских. А вы верите в историю Джека Мейсона о таинственном партнере?

Эндрю Эвертон обдумывает вопрос.

– Довольно нестандартный сюжет для выдумки.