Выстрел, который снес крышу

Девушка тоже хотела бы избавиться от Торопова, но страх держал ее в узде. Выгнать Павла она не смела, поэтому и спешила привести его в терпимый для себя вид.

– У меня муж примерно твоей комплекции, могу чистое белье дать. И одежда есть, джинсы, пуловер…

Хозяйка квартиры зашла в ванную, но Павел не позволил ей закрыть дверь. Мало ли куда она могла позвонить под шумок льющейся воды.

– Ты что, не доверяешь мне? – удивленно спросила девушка.

– Доверяю, – пожал плечами Павел. – Но не совсем. Если бы ты была на моей стороне, тогда другое дело.

– Но я не против тебя.

– Звучит обнадеживающе. Однако пусть дверь остается открытой…

На всякий случай он вынул из дверного замка связку ключей, сунул их под телефонную книгу. Глянув на Вику, которая стояла согнувшись над ванной, прошел на кухню, заглянул в холодильник. Початая бутылка коньяка, яйцо, сыр, четверть батона колбасы. Сглотнув слюнки, Павел открыл один ящик стола, другой, нашел сковороду, зажег плиту.

К тому времени, когда Вика вышла из ванной, на сковороде уже шипела колбаса.

– Иди, купайся, я сама, – недовольно сказала девушка.

Ей неприятно было, что на ее чистой кухне хозяйствует какой-то бомжеватый субъект. Но Павел постарался скрыть свое смущение и показал ей на место за столом.

– Садись. Тебе нужно отдохнуть после того, что случилось. А случилось важное событие – ты заново родилась. Я бы на твоем месте отметил свой день рождения. Какой там у тебя коньяк, армянский или дагестанский?

– Армянский, пять звездочек.

– С кем и что праздновала?

– Допрос. Я должен все про тебя знать.

– Ты и так много знаешь… Светка заходила, посидели немного.

– Подружка моя. Она к нашим делам никакого отношения не имеет.

– А что, нет?.. Да, ты не убивал Елену, но ты сегодня убил двух человек.

– Я согласен с твоим «но». И оправдываться не собираюсь. Да, я убил двоих. И поэтому ты еще жива. Еще жива… У тебя хорошая дверь, у тебя шестой этаж, это меня обнадеживает. Продукты пока есть, а если вдруг что, можно заказать пиццу по телефону. И пиццу, и все остальные необходимые продукты и вещи, если потребуется.

– О том, что выходить отсюда ни тебе, ни мне нельзя. И на телефонные звонки не следует отвечать. Никого нет дома, поняла?

– Может, еще и свет выключить?

Погасив огонь под сковородкой, Павел убавил свет на кухне и в прихожей. Потолки подвесные, выключатели поворотные. И шторы на окне плотные, широкие и вдоль карниза двигались легко.

– Темнота – друг молодежи, – безрадостно усмехнулась Вика. – Но ты не молодой.

– Мне всего тридцать один год. Но выгляжу я старше.

– Намного старше, – кивнула девушка. – Ты бы шел в ванную. Помоешься, побреешься, может, скинешь лишний десяток лет.

– Не скину. Тут время нужно, чтобы отойти… Эльвира овощ из меня собиралась сделать.