Высоко над страхом

Капитан, сопровождавший его на ржавом, видавшем виды «уазике», уже припарковался рядом и с нетерпением смотрел в сторону Корсакова, мол, вылезать-то собираешься?

Решив, что от полицейского не убудет, если он подождет еще немного, Иван решительно набрал номер Риты. Она ответила сразу, будто ждала его звонка.

— Привет, Корсаков, — как-то невесело сказала она. — По какому делу звонишь?

— А я могу звонить только по делу? — уточнил Иван.

— Конечно. — Рита даже усмехнулась. — Личные наши отношения закончились, как я доехала до Питера, ты даже не поинтересовался. От тебя вообще не было ни слуху ни духу, впрочем, как и всегда. И твой звонок может свидетельствовать только о том, что тебе от меня стало что-то нужно. Скажи, что я не права.

— Ты права, — признал Иван. — Ты всегда права, Ритуль. Именно это порою и невыносимо. Я действительно скотина, что не поинтересовался, как ты доехала. Меня слегка извиняет только то обстоятельство, что я просил тебя позвонить, а ты этого не сделала.

— А если бы я в аварию попала и разбилась на хрен, то как бы я тебе позвонила?

— Но ты же не попала в аварию. Ты жива-здорова и, судя по голосу, находишься в целости, сохранности и добром здравии.

— Извини, если разочаровала.

— Рита, зачем мы собачимся? — спросил Иван. — Нам было хорошо вместе, причем довольно долго. Наверное, в том, что это закончилось, виноваты мы оба. Я с себя, во всяком случае, вины не снимаю, хотя и не признаю, что виноват во всем лишь я один. Отношения, которые между нами есть…

Рита не дала ему договорить.

— Нет между нами ничего, Корсаков, — устало и как-то обреченно сказала она. — Могло быть, наверное, да. Но момент упущен и назад ничего не вернуть. Можешь считать, что моя поездка к тебе была последней попыткой. Не получилось. Что ж, значит, не судьба."

"— Рита, я действительно тебе благодарен за все то время, что ты была со мной, — сказал Иван. Краем глаза он видел, что капитан уже вылез из машины и с решительным видом направляется к нему, чтобы прервать затянувшийся разговор. Корсаков сделал ему знак рукой, попросив потерпеть еще немного. — А дело, по которому я тебе звоню, очень простое. Мне нужно подтвердить, что в ночь пожара я был дома, с тобой. Ты обеспечишь мое алиби, Рита? Правдивое, я хочу заметить. Врать тебе не придется.

Она молчала, и Иван вдруг поймал себя на том, что сидит, затаив дыхание. Ничего, по большому счету, не зависело от ее ответа. Только чувство, что он не зря потратил последние несколько лет жизни на женщину, которая сейчас легонько сопела в трубку. Простыла, что ли?

— Да, Корсаков, — вдруг сказала она, обрывая затянувшееся молчание. — Я подтвержу твое алиби. Я не буду врать, что крепко спала. Я знаю, что ты всю ночь был дома, и я скажу правду.