Высоко над страхом

Свекровь смотрела на него во все глаза, периодически кидая на бывшую невестку полный любопытства взгляд. Лида понимала, что свекровь считает, что Иван — ее любовник, но ей отчего-то было все равно. Она с изумлением обнаружила, что у нее, по всей вероятности, атрофировалось чувство стыда.

— Ой, — вдруг всплеснула руками свекровь. — Помидоры. Я же помидоры маринованные привезла, как ты любишь.

Вскочив из-за стола, она бросилась в прихожую и извлекла из недр клетчатой сумки литровую баночку с маленькими консервированными помидорами. Лида представила, как ее стильная и модная свекровь тащит по загаженным улицам маленького городка тяжеленные клетчатые сумки, набитые домашними соленьями, и захохотала. Подойдя к свекрови, обняла ее за плечи и взяла из ее рук баночку с веселенькой разноцветной крышкой.

— Как же я по вам соскучилась, Любовь Николаевна. Если бы вы только знали, — искренне сказала она. Свекровь конфузливо улыбнулась.

Оглядев маленькую кухню, на которой они собрались, Лида вдруг почувствовала, как ее отпускает давнее, почти полугодовое напряжение. Она больше не была одна. У нее снова была семья.

Глава четырнадцатая

Бусы развесили, встали в хоровод

Семья заменяет все, поэтому, прежде чем ее завести, стоит подумать, что тебе важнее: все или семья.

Фаина Раневская"

"Проснувшись, Иван какое-то время полежал, не открывая глаз. Сегодня должно было произойти что-то важное, только спросонья ему не приходило в голову, что именно. Елка… Точно, он вчера обещал Лизе, что обязательно достанет ее. Девочка взяла с него обещание, что елка будет живая и под потолок, и сейчас он лениво думал о том, куда именно ее можно поставить в маленькой однокомнатной квартире, в которой на головах друг у друга живут три человека.

Предыдущую ночь Лида спала на раскладушке. Той самой, на которой недавно ночевал Иван. Диван она уступила Лизе и Любови Николаевне, а сама устроилась на провисающем до пола брезенте. Иван помнил, что удовольствие это сомнительное.

— Пойдем ночевать ко мне, — без особой надежды предложил он. — Я тебе диван уступлю, а сам на раскладушку эту проклятую лягу.

— Ты что? — зашипела Лида, испуганно покосившись, не слышала ли дочь. — Это же неприлично.

Сегодня у нее было очередное дежурство, последнее до Нового года, так что решать неразрешимую проблему с ночевками было как-то нужно. Иван даже приблизительно не представлял, как именно. Вернее, у него были точные решения — снять другую квартиру, побольше и с приличной мебелью, но он понимал, что Лида и слышать об этом не захочет. Своих денег на съем жилья у нее не было, а брать их у Ивана она не согласится ни за что на свете.