Кукла его высочества

И правильно сделала, поскольку, когда он спустился, да еще и сделал это так порывисто, стоявшие возле возвышения фрейлины дружно подались назад, оставив в одиночестве фаворитку наследника, то ли не сообразившую, то ли не рискнувшую убраться с дороги принца.

Не знаю, что там девушка себе напридумывала, но она судорожно всхлипнула и почти рухнула на пол в таком глубоком реверансе, что коснулась коленями плит, и жалобно взмолилась:

— Сжальтесь, ваше высочество!

— Вот дура, — тихо прокомментировал лийр Термонт за моим плечом.

Я поджала губы. Как грубо! Но… хм… в принципе я была с ним согласна. Потому что до этого момента не замечавший девушку принц вдруг замер и перевел потемневший взгляд на нее.

Ох, Мейра, зря она так, зря. Это как, например, бежит по лесу волк, раздраженный слегка, но в общем-то весь в своих эмоциях и никого не трогает, а тут выпрыгивает перед ним зайчик и, с готовностью упав на спинку, слезно просит: «Не ешь меня, пожалуйста! Очень тебя прошу! Ну просто очень!» А потом еще неторопливо так ползет к кустам, испуганно оглядываясь, туда-сюда дрожа пушистым хвостиком, провокационно подергивая мясистой ляжечкой… Ну вы бы не съели? Или хотя бы не укусили? Нет? Ну тогда вы не волк.

А вот во взгляде Делаэрта промелькнуло что-то такое… хищный интерес. Не то чтобы кровожадный, скорее инстинктивный, сработавший при виде… жертвы. Всего на мгновение мелькнул, он его подавил, но я заметила. И выглянувшая на секунду нечеловеческая сущность, лениво раздумывающая, принять или нет любезно преподнесенную ей жертву, впечатлила меня гораздо больше, чем все страхи придворных и позеленевший наследник.

Мейра! С меня… хватит. И королевского приема, и шоу этого, и вообще… Я вскочила на ноги быстрее, чем успела сообразить, что делаю. Первый принц тут же развернулся ко мне движением настолько гибким, плавным и одновременно стремительным, что тут же возникла мысль: он еще не вернулся окончательно в свое… хм… как бы это выразиться… нормальное состояние. Если оно у него вообще есть.

Однако отступать было поздно. Да и не очень-то хотелось, если честно.

— Ваше высочество, — я добросовестно присела, стараясь, чтобы голос звучал не слишком вызывающе, — прошу разрешить мне удалиться. Я хотела бы отдохнуть.

Да, я попросила позволения у первого принца в обход королевской четы и наследника, которые формально стояли выше его. Но, во-первых, они сами его побаивались (ну, может, только король скорее беспокоился, чем боялся), а во-вторых, уж очень хотелось прекратить этот странный, непонятный мне спектакль. Тупо стало жаль лийру в розовом: она выглядела такой несчастной, словно планировала потерять сознание и уже понемногу начала претворять свои планы в жизнь.

Родерик Делаэрт моргнул заторможенно.