Кукла его высочества

И отстраняюсь. Схлынула сжимающая сердце острая тоска, расправилась в глубоком вдохе освободившаяся от гнета грудь, пробежали искорки по магическому узору, обновляя меня и выравнивая, а чужая боль осталась чужой.

— Все хорошо? — спросила я, спокойно выдержав его взгляд.

— Ты это у меня спрашиваешь? — удивился он, и я чуть не фыркнула. А он видит кого-то еще? Но я и так сегодня была слишком непосредственной. И это не оценили. Так что и фырканье, и ехидную фразу я сдержала.

— Да, мой принц, — улыбнулась легко и светло. — Так все хорошо?

— Это моя реплика, — пробормотал Родерик Делаэрт и, сделав шаг мне за спину, обнял сзади. Ну… он почему-то часто так делает. На этот раз действовал гораздо аккуратнее, что ли, не сжимал судорожно и вообще не давил. Лишь слегка прикасался. Проверяет, да? — Все хорошо, Анаис? — шепнул он и очень осторожно поцеловал меня в макушку. Ну рост-то ему позволяет.

— Да, Дел, — кивнула я. — Все хорошо.

Он обнял меня сильнее, притянул к себе, ткнулся лбом мне в затылок, зарылся лицом в волосы. Судорожно втянул в себя воздух и, ну не мучительно застонал, конечно, все же это не в его стиле, нет, скорее… заскрежетал зубами. Я стояла к первому принцу спиной, так что с уверенностью сказать не могу. Подумала даже, может, он нарочно сзади подходит, чтобы лица не было видно?

— Прости, Анаис, — глухо сказал принц. — Не думал, что мне будет так… — Он задумался, дернул плечом и продолжил: — Будто я шестилетний мальчишка, который… — И опять остановился. Помолчал. Неторопливо намотал на палец прядь моих волос. Прижался горячими губами к моему виску и заговорил, обжигая словами и дыханием: — Я вынесу это от любого, Анаис. Всегда выносил. Даже… от собственной матери. Но… — он усмехнулся, не отрывая губ от моей кожи, — как оказалось, не от тебя.

Делаэрт говорил сбивчиво и вряд ли слишком ясно, но и кукле было понятно, что сейчас он приоткрыл свою душу. Мейра! Доверился бы он мне, если бы понимал, что перед ним иностранная воровка? Надеюсь, я никогда этого не узнаю.

— Ты — только для меня, Анаис, — сказал он. — Ты — всецело моя.

— Конечно, Дел, — смиренно откликнулась я. — Чья же еще?

Он замер, прервав свои излияния. Может, он тихо беседовал сам с собою и я вообще зря вмешалась?

Первый принц быстро встал передо мной и с подозрением заглянул в лицо, словно отыскивая там следы иронии, которая ему почудилась в моих последних словах. Я смотрела… безмятежно. И хлопала ресницами. Хлоп-хлоп. Очень по кукольному.

— Такая живая, — вздохнул первый принц и легонько провел пальцем по моей щеке. — Такая совершенная. — Он усмехнулся. — Был бы нормальным, свихнулся бы, — неожиданно подытожил он, и глаза его весело сверкнули.

Мейра! Вот на это у меня реплики не нашлось.