Поединок. Выпуск 10

Которому ты доносил о каждом моем шаге, одноногая скотина.

— Ты о Сереге? — голос Петра зазвучал угрожающе. — Тогда полегче на поворотах, парень.

— Куда он уполз? Куда он мог уползти?

— А пошел ты! — с отчаянной ненавистью выкрикнул Петро.

— Слушай меня внимательно, Петя, очень внимательно. Сейчас ты мне скажешь, где он. Я пойду туда и возьму его. Потому что он убийца и бандит, ворующий у голодных людей, грабящий израненную мою страну. А если не скажешь, я убью тебя, Петя.

— Убивай, — согласился Петре — Убивай, щенок. Убивай меня. Убивай Серегу. Убивай героя войны, который последние свои деньки хотел прожить как человек.

— Пошли, — совсем спокойно предложил Саша.

— Куда?

— Пошли, — Саша схватил Петра за рукав и поволок за собой.

Идти было недалеко. Солдат по-прежнему лежал на траве, и по-прежнему стояла молчаливая толпа. Саша приказал Петру:

— Смотри. — Петр смотрел. Саша вынул из кармана записку, протянул Петру и предложил: — Читай. Это было у него в кармане.

Петр прочитал, поднял глаза на Сашу, спросил, ничего не понимая:

— Как же так?

— А так! Твой гад спаивал его, потерявшего надежду на все, он держал его взаперти и спаивал, а сам, прикрываясь его наградами и документами, дурил головы таким, как ты, грабил, убивал!

— Как же так? — повторил Петро. Пыхтя мотором и переваливаясь по булыжнику, приближалась большая санитарная машина. Развернувшись и рассеяв толпу, она подала задом и нависла над солдатом. Из кабины выпрыгнул мужчина в белом халате, достал папиросу, закурил.

Санитары подняли заднюю дверцу и подошли к солдату.

— Смотри. Смотри на мертвого, — еще раз приказал Саша. Петр смотрел. — Он просто не успел, а то бы и ты был мертвяком. Ты понимаешь это, одноногий идиот? Куда он мог уползти? Куда он уполз, Петя?

— В Нахабино у него дом. Там он все прячет.

— Адрес, Петя, адрес!

— Первомайская улица. Номера дома не помню, но он последний, ближе всех к железной дороге."

"Санитары задвинули носилки с солдатом в кузов, захлопнули дверцу, и машина покатила по Кочновскому. Саша шагал вслед за ней к Красноармейской улице, и опять рядом с ним были Лариса и Алик. А Петро остался один. Он стоял, никуда не глядя и ни о чем не думая.

Лариса и Алик догнали Сашу у перекрестка, где сгрудился механический и гужевой транспорт, обладатели которого не могли преодолеть первобытной тяги к огню и глазели на тушение пожара.

Саша придирчиво осмотрел средства передвижения: полуторку, тяжеловоза в телеге, «студебеккер»… «джип». Вот что ему было надо.

Он сморщил нос, увидев на месте ключ зажигания, и кинул свое легкое тело на сиденье.

— Саша, ты куда? — спросил Алик.

Он и Лариса стояли у борта.