Поединок. Выпуск 18

Как ни странно, этого пустяка достало Мазепе, чтобы размякнуть: видать, и самому не хотелось покидать уютную квартирку, уютную эту женщину, и он продолжал ворчать по инерции, а точнее, чтобы не показать, как мало ему надо, чтобы размякнуть.

– Да нет, пожалуйста. Каждый человек, я считаю, имеет право носить оружие. Но только с одним условием: уметь им пользоваться. Я даже готов подарить его тебе… на свадьбу. Хоть и очень уж он хорош. – Капитан взял пистолет с диванчика и по-мальчишески погладил его. – Люблю оружие, – признался уже вполне беззаботно. – Так что завтра с утра стрельбы. На даче. О'кей?

– Пиф-паф ой-ой-ой? – улыбнулась Алина. – И опять, наверное, приставать будешь…

Изъято без свидетелей

Едва ли не зажмуривая глаза, Алина выпустила всю обойму из «смитт-и-вессона». Капитан прищурился.

– По-моему, очень негусто. Погоди-ка, сниму мишень… – и пошел к обрыву, к мишенному столбу. – Па

ра дырочек все же есть! – крикнул, удалившись от Алины, которая как раз меняла обойму, привстал на цыпочки, отковыривая кнопки.

Алина вскинула пистолет и зафиксировала капитана в прорези целика. Так точно, наверное, фиксировал он : ее в той же прорези вчера под вечер.

Капитан оглянулся, увидел направленный на себя черный зрачок смерти, вобрал понимание смысла этого зрачка и равнодушно отвернулся, продолжил возню с кнопками.

Алина опустила оружие. Капитан с улыбочкою шел к ней.

– Не так уж и дурно для начала. – Продемонстрировал пробоины. – Ладно, Йостреляй тут сама. – Передал ей коробочку патронов. – Мама просила прибраться в погребе, – и побрел по направлению к дому неожиданно тяжело.

Алина прицелилась в смененный капитаном плакат. Сейчас она стреляла спокойнее, с небольшими перерывами, от выстрела к выстрелу как бы набирая хладнокровия.

Когда обойма закончилась, Алина вытащила ее, принялась вылущивать туда очередную патронную порцию. Смертоносный островерхий цилиндрик выскользнул из-под наманикюренного пальчика. Алина присела на корточки.

Точно драконьи зубы, землю вокруг усыпали гильзы. Одна из них, полувтоптанная, слегка уже позеленевшая, была, очевидно, меньше других. Алина оглянулась воровато и зажала эту, маленькую, в ладошке, потом так же воровато прокралась к столбу со щитом, сорвала плакат, принялась исследовать раны подложки. Подняла с земли ржавый гвоздь, не без труда выцарапала одну сплющенную пулю, другую…

Мазепа поднялся из погреба, глянул в сторону Алины. Та, застигнутая на месте преступления, подчеркнуто громко и свободно доложила:

– Успехи растут. Шесть из восьми…

Капитан молча приблизился. Остановился совсем рядом, лицо в лицо, глаза в глаза, разжал ладошку.

– Можешь не мучиться. Не отдавать на экспертизу. С разрешения полковника. Который, впрочем, даст согласие более чем охотно.