Поединок. Выпуск 18

Столкновение кажется неизбежным…

Алина даже зажмурилась, забыв на мгновенье, что не машина, а воображение ее несет, что машина-то как раз идет ровно и безопасно, да и та, весенняя, накануне их первой с Мазепою встречи, поездка закончилась благополучно – иначе некому и не на чем было б сейчас везти Алину во Львов и она даже не жалела бы об этом, потому что и не знала б, что существует на свете этот хвастливый, легкий, очаровательный милицейский капитан, рассказ которого так гипнотически вовлек Алину в то давнее приключение, в котором он как раз…

…Резко закладывает руль, от чего невыносимо скрипит, взвизгивает резина, и машина чудом вписывается в кривую, то есть не вполне вписывается: едва удержавшись на двух колесах, вылетает на встречную полосу, почти к противоположной обочине.

Алина притискивает к себе банку с помидорами – вот-вот хрупнет стекло и польется на юбку маринад – как, наверное, притискивала ее к себе в тот момент Богданова мама; только у той, надо думать, глаза были расширены от ужаса, потому что…

…Навстречу, естественно, несется грузовик, и выворачивать на свою полосу уже поздно. Богдан поневоле берет еще левее, хоть, в сущности, левее уже некуда, и чудом разминается-таки с вонючей махиной, оглушительно чиркнув бортом «шевроле» не «шевроле» по стальной его подножке."

"Однако расслабляться – как бы того ни хотелось, как ни просили бы перенапряженные нервы – не время: спуск продолжается, все такой же извилистый, даже, кажется, становится круче, и словно в издевку, мелькают, пролетают мимо автомобиля ГАИ, предупреждающие зигзаги, треугольники, восклицательные знаки.

Алина (мама) тем не менее ослабляет хватку на стекле банки и даже чуть приулыбается, поймав себя на судорожном этом зажиме.

Капитан закладывает рулем невероятные виражи. Стрелка спидометра бьется уже за восьмидесятимильной отметкой – Алине не хватает соображения пересчитать в километры; резина, видимо, дымится: в салон проникает резкий, противный запах гари.

Навстречу же, плавно, самоуверенно покачиваясь, идет огромный трейлер, груженный стоящим поперек платформы трактором…

– А что, – снова выпала из воображения в существенность Алина. – Грузовик, трейлер – это все тоже у них было подстроено? Как у Чейза?.. Такая тонкая разработка?

Капитан, обиженный недоверием, готовый замолчать, замкнуться, взглянул-таки на всякий случай на невесту: точно ли издевается? И увидел по ее побледневшему, нахмуренному, сосредоточенному лицу, что нет, серьезна, какою он ее и не видел еще никогда.

– Вряд ли. Когда у машины в горах отказывают тормоза, можно ничего больше и не городить: жизнь – драматург крутой! Да, в общем-то, это и не важно.

– Странный ты человек, Мазепа, – отозвалась Алина, помолчав. – Все-то тебе не важно.