Поединок. Выпуск 18

Выражение лица его поразило: ни страха на нем, ни подавленности, только бешеная решимость.

– Послушай, прапор, – сказал Моряк. – Я знаю, братва готовит побег. Удрать не светит ни за какие коврижки, если не воспользоваться…

– Чем? – перебил Пушник.

– Нужно захватить склад. Там оружие, там боеприпасы… Если пофартит, сможем диктовать условия сами.

– Откуда знаешь, что в складе оружие?

– Не имеет значения.

– Вообще-то имеет. Но в нашем положении не до чистоты эксперимента. Значит, уверен?

– Век свободы не видать.

– Брось блатные прибаутки, – усмехнулся Пушник. – Пойми, если ты ошибся и в складе не оружие, а, к примеру, продовольствие, мы окажемся в мышеловке.

– Я сказал – твое дело не верить, – ощерился Моряк.

– Извини, брат, не психуй. Идея мне даже очень понраву. Я-то – за. Но с остальными следует потолковать. На кон люди голову кладут. Поэтому участие должно быть добровольным…

Вскоре согласие было получено от каждого. Заартачился лишь Полуян.

– Такого уговора не было, – заявил он. – Бежать – одно, а идти на смертоубийство не желаю. На волю желаю, прапор, да видно не судьба…

Пушник напомнил об усилении охраны и решил не обращать на Полуяна внимания. Надо было пересмотреть весь план, изменить время.

– Начнем, когда сотемнеет, – высказал предложение Николай. – Как считаешь?

– Ни в коем случае! – вмешался Моряк. – Начинать надо во время вечернего намаза. Поверьте моему опыту, это самый подходящий момент. Все уйдут на молитву, а нас, как обычно, выведут на прогулку.

– Согласен, – кивнул Алексей.

После недолгого обсуждения решили создать два группы захвата. Одна нападает на часового возле тюрьмы, другая снимает того, что-у склада. В первую вошли Полуян, который мог моментально освободиться от цепей, и Выркович, не имевший их вовсе. Другую группу после некоторого препирательства составили из Алексея и Николая. Алексей вынесет товарища на руках и, остановится возле часового. Калека и поддерживающий его заключенный, у которого заняты обе руки, не насторожат душмана, и его легче будет скрутить.

Прогулка, как обычно, началась перед закатом солнца. Свободные от службы духи покинули караулку и устремились в лагерь. Гнусавый голос муэдзина, призывавший мусульман к молитве, прозвучал для заключенных призывом к действию. Двор крепости опустел. Только Абдулло замешкался. Почуял, похоже, что события вышли из-под его контроля…"

"Абдулло долго тешил себя иллюзией соучастия в ор ганизации побега, Лучше других понимал гибельность предприятия и все же иокал связи с пуштунами, добывал для Полуяна «курево», для сопливого Сашки – лишнюю лепешку. Зачем он это делал, Абдулло и сам не знал. Впрочем, знал… За решеткой были свои понятные ребята, которым знакомо чувство локтя, понятия дружбы, взаимовыручки.