Поединок. Выпуск 18

Правда, этого уже Белецкий не опасался, три дня назад, на обеде у Кручинина, Степан Петрович рассказал Лене о неприятностях, ожидающих ее ами. Он видел, как побледнела она, и понял, что завтра же Бахтин будет об этом знать."

"Но все же надо историю с Рубиным прикрывать хитро. Белецкий вызвал столоначальника Никонова.

– Скажите, Виктор Георгиевич, что сделано по распоряжению генерала Джунковского. Как я помню, государь пожаловал надворному советнику Бахтину следующий чин?

– Именно так, ваше превосходительство. Чин пожалован, но необходимо подобрать должность.

– А что у Маршалка в Москве, уже есть помощник? – Пока нет.

– Вот и подготовьте приказ о переводе надворного советника Бахтина…

– Прошу прощения, ваше превосходительство, коллежского советника.

– Именно, так подготовьте приказ о переводе в Москву. Что с Филипповым?

– Указ подписан, он выходит в отставку с чином и пенсией действительно статского советника.

– Прекрасно. Бахтина завтра к шести вечера ко мне. – Слушаюсь.

Бахтин ушел с работы и дома закурил, не раздеваясь поднял трубку «Эриксона», услышал голос телефонистки и сказал: – Барышня, пожалуйста 86-24.

– Повторите, – пропел мелодичный голос в трубке.

– 86-24, – уже спокойным, служебным даже тоном произнес он. – Соединяю.

Сколько длилась эта операция на телефонной станции? Секунду, две, десять?

Да нет, пять лет с хвостиком соединялись упругие провода и медные клеммы. Бесконечное количество дней и ночей тоски и одиночества. – Слушаю вас.

Ленин голос не изменился, он был таким же, как в день их последнего свидания. – Слушаю вас. – Это я, Лена, – выдавил Бахтин. – Саша, милый, ты где? – Дома. – Я сейчас приеду.

Все. Сначала время остановилось. Потом помчалось вспять через несчастливо прожитые годы, через неудачи и разочарования, обратно к зыбкому его счастью.

И звонил телефон, и скреблась в дверь комнаты кошка Луша, и ушла, аккуратно прикрыв дверь, Мария Сергеевна.

Все. Не было сегодня. Было только далекое вчера. И они любили друг друга. Ненасытно и жадно. Так как точно знали, что у них не будет завтра.

Бахтин курил, сидя на кровати, и глядел, как Лена, не стесняясь своей наготы, причесывалась перед большим зеркалом. Его когда-то Бахтин купил специально для нее.

Обнаженное тело женщины было необыкновенно прекрасным, и Бахтину казалось, что от него исходит и наполняет комнату теплый и яркий свет.

– Саша, милый. – Лена опустила руку с гребнем. – Я уезжаю. – Куда?

– В Москву. Мужа переводят начальником Московского удельного округа. – Чем же он провинился?

– Не знаю. Но мы уезжаем завтра. Саша, два дня назад у нас был Белецкий… – Вот как.

– Саша, как я понимаю, он к тебе очень хорошо относится. – Почему ты решила? – Саша, он мне сказал, что у тебя неприятности. – У меня?

– Да.