Вынужденный контракт (СИ)

— Андрей Алексеевич и Таисия Леонидовна, спасибо, что переживаете за меня, но не стоит. У меня всё хорошо, я замужем, и мой муж в силах меня защитить при необходимости. Ещё раз спасибо, за Вашу заботу.

— Арсоев, тебя запугал?

— Ты что думаешь, что меня может сдержать тот факт, что мы в обществе? Ты допросишься, и я тебя вышвырну отсюда, как вышвырнул из своего кабинета!"

"— Извините нас, — взволнованно сказала, Юля. — Мы пойдём, — и взяла меня под руку, мне ничего не оставалось, как уступить ей. Отошли на значительное расстояние от парочки, название которой «плоский мозг» И как он только бизнес ведёт с таким мышлением, видимо для меня это так и останется загадкой…

— Я очень вспыльчив, а ты меня успокоила, у тебя талант, — остановившись, улыбаясь, сказал я.

— Никакого таланта, просто ты прислушиваешься к своему близкому человеку, который в этот момент находится рядом с тобой.

Приобнял её за талию заглядывая в её красивые глаза, цвет которых с недавнего времени, стал моим любимым.

— Ещё и скромница. — с прищуром улыбнулся ей. — Пойдём, поможем детям, — мы пошли через холл, где организаторы для дополнительного пожертвования расположили столы с подносами, на которых лежали белые пустые конверты. Каждый желающий может вложить чек с суммой, которую он готов пожертвовать, этот чек вкладывают в конверт, запечатывают и опускают в опечатанный ящик, в котором только прорезь для конверта. Кроме этого, специально отведённый человек, контролирует весь процесс, вносит твоё имя, учётной записью, то есть всё официально. Но это всё по желанию, приглашённые уже жертвуют, перешагнув порог, этого здания. Вход на этот вечер, стоит круглую сумму денег, блюда которые подаются шведским столом, стоят в разы дороже, чем обычно и также выпивка. Всё это, предусмотрено организаторами заранее. Приглашённые на вечер, уже об этом знают, собственно, в этом и заключается благотворительность. Все сборы идут нуждающимся детям, ради которых все и собрались в этот вечер…

Юля

Алан периодически общался с приглашёнными, и чаще всего по работе. Но не выпускал меня из виду. Рядом с ним я чувствовала себя защищённой я говорю в общем, а не только потому, что я стою рядом.

Меня насторожило то, что к нам подошла чета Прониных, отец особо их никогда не жаловал. О жене Андрея Алексеевича и вовсе отзывался вульгарно. Поэтому, меня его доброта не впечатлила, явно он преследует какой — то свой интерес. Помню отец очень ругался после того, как к нам в гости пришли Пронины вместе с сыном. Говорил: — Он, что о себе думает?! Чтобы я, свою дочь за этого холёного хлыща отдам?! Ни — ког — да! Всё никак не уймётся, со своими двадцатью пятью процентами. Завистливая сволочь!

Я тогда не понимала о каких процентах идёт речь, но теперь понимаю, что к чему.