Вынужденный брак

И без того в сто лет раз видятся, мог бы и оторваться от своих занятий и найти время, чтобы приехать на свадьбу брата.

Однако все это осталось в дне вчерашнем.

***

А сегодня было уже два часа пополудни, и он, напряженный и нервный, ехал на собственную свадьбу. И, черт бы его побрал, если он не испытывал истерического желания содрать с себя дурацкую черную бабочку и этот костюм и повернуть обратно.

Мандраж. Как будто совал голову в петлю. Марк нервно сглотнул, глядя на свои подрагивающие кулаки. Это нормально. Его состояние нормально.

Да, есть ощущение опасности, будто продирается сквозь лес, полный чудовищ. Они дышат в спину, вот-вот вопьются в затылок, но он должен взять свой приз. Еще немного. И он его возьмет.

Смотрел в окно, а мысли одолевали. Мысли…

Однако сейчас все разом отошло на второй план, потому что его кортеж въезжал в ворота Серовского особняка, и Марка накрыло и взбодрило волной каких-то новых чувств, растворивших в себе этот его затаенный страх. Столько глаз сейчас на него смотрело, алчных, голодных до сплетен, безжалостных. Ждут, разинув пасти.

Не дождутся. Он даст им только ту пищу, которую посчитает нужным.

Сейчас лицо Марка было замкнуто и выражало только сдержанный интерес к происходящему. Негоже жениху глядеть букой, в конце концов, он главное действующее лицо в этом фарсе. Повел шеей, скользя взглядом по толпе гостей и журналистов, и зло усмехнулся в душе.

Ёпт! Собрались как на поминки! Жрать.

А них***, он никому такого удовольствия давать не собирался. Потому, выходя из лимузина, Марк уже был тем, кого они привыкли видеть всегда. Блестящий, уверенный в себе деловой мужчина. В меру красивый, потому что мужик уже красив, если он хоть чуть-чуть лучше обезьяны, сексуальный, он видел, улавливал, ощущал, как его облизывали жадные женские взгляды.

А это... Это, бл***, его свадьба.

***

На лужайке перед особняком специально для этого мероприятия был сооружен большой павильон. Весь белый, изящный, кругом цветы, молочно-белые занавеси. Неплохо расстарался для дочки Серов. Разумеется, Марк тоже вложился в свадьбу, но здесь, на своей территории старик пожелал все сделать сам.

Все это отмечалось на ходу.

Пока шел, пожимая руки и раздавая сдержанные улыбки. И как ни старался Марк, лица смазывались. Волнение. Волнение, мать его. Волнение.

Церемония бракосочетания должна была пройти прямо здесь.

И здесь же потом праздник.

Праздник, мать его… Марк стоял рядом со старым чертом Серовым и потихоньку оглядывался. Тот растекался, вспоминая его отца и молодые годы, Марк кивал, надо было изображать вовлеченность и участие. С кем-то говорил, кому-то улыбался.

Погода выдалась теплая, солнечная, но уже не так жарко, мягкий сентябрь. Хорошо, что не приходится потеть в этом дурацком черном костюме.