Вынужденное знакомство

Связать исчезновение Анастасии с бывшим мужем никто бы и не подумал, по крайней мере по горячим следам: по нашим сведениям, он погиб. И вообще тут явно что-то бытовое. И всё, понимаете? – обвел он их многозначительным взглядом. – Пока бы информация дошла до нашего отдела, они бы давно выехали из страны. Он бы ее загримировал и вывез спокойно, а ребенка вывезла бы другая группа. Всё.

– То есть это Полина нас спасла? – спросила Настюшка.

– По большому счету да, – подтвердил Вадим Юрьевич и, хмыкнув, расширил свой ответ: – Ну и сосед ваш помог немного при помощи шанцевого инструмента."

"– И что теперь нам делать? – спросила Елизавета Егоровна. – А если кто-нибудь снова захочет Настю украсть? Не получилось у этой сволочи, получится у другого.

– На этот счет можете быть спокойны, – уверил Вадим Юрьевич. – Никто, кроме Фаруха, не знает, кто такая Анастасия и для чего он везде таскал ее с собой. А наверх, руководству, об Анастасии он не докладывал, прекрасно понимая, что, пока не доставит «товар» заказчику, говорить не о чем. К тому же за одну Настю, без ребенка, он бы получил только половину, вот и стремился забрать Савву вашего. Все это время его сообщник следил за вами в Москве, только возможность выкрасть малыша не предоставлялась: мальчик постоянно находился под присмотром. А когда соглядатай доложил Фаруху о том, что Савву увезли и куда увезли, он решил воспользоваться шансом. Ваш город – не Москва с ее тотальным Fine Face, распознаванием лиц, здесь ему не составило никакого труда не попасть ни на одну видеокамеру. Поэтому, кстати, они и крались так близко к забору, когда их заметила Полина, поскольку там слепая зона. Ну и, надо признать честно, он сумел нас почти убедить, что покинул страну, – усмехнулся следователь и повторил со значением: – Почти. Так что про Настю и Савву организации террористов неизвестно, живите спокойно, для вас весь кошмар закончился, – подытожил он свое разъяснение.

– Ну, спокойно – это в другой жизни, – вздохнула Полина, – а мне на поезд пора.

Поезд из Москвы прибывал ранним утром.

Стоя в проходе вагона, Полина смотрела в окно, выискивая взглядом Василия, который должен был ее встречать, и в какой-то момент с удивлением обнаружила, что испытывает теплую радость и какой-то бравурный душевный подъем оттого, что приехала. Оказывается, она соскучилась по этому городу.

Ну надо же! Даже не думала, что так к нему привязалась и прикипела, хоть он и был для нее дорогим и родным в детстве, но как-то во взрослой жизни ностальгии по малой родине она не испытывала. А тут так вдруг хорошо на душе стало оттого, что вернулась, приехала. Сколько ее не было? Месяц? Нет, поменьше, двадцать пять дней.