Выйду замуж за спасателя (СИ)

А ведь все понимал, что нельзя этого делать. Вера же повода не давала. Даже после этого глупого поцелуя в Загсе. Всё чисто ""по-братски"". Любит, да?

Сдуваюсь.

Размечтался, Саянов. Выдыхай, короче.

— Ладно, извини, — проезжаюсь пятерней по волосам. — Но вот этого не надо больше. Тем более при детях и Вере. Хочешь высказать — тет-а-тет.

Потискав Барса и отдышавшись, захожу домой с пакетами.

В коридоре брошены ранцы, сменки, школьные сумки. Белая плитка затоптана грязью, детские ботинки вповалку. А мне даже не хочется строить их, чтобы каждый убрал за собой. Не до этого…

На кухне суета, на плите что-то греется. Приставка уже включена. Дети привычно препираются… Ярый хозяйничает. Алинка сосредоточенно сидит в телефоне, прикусив губу.

Вера забирает у меня пакеты, не глядя в глаза.

Разбирает пакеты на разделочном столе. Достает вискарь.

Встаю с ней рядом, опираясь на столешницу бедрами и сложив руки на груди.

— Стаканы — сверху.

Смотрю на ее профиль, не позволяя взгляду сползти в декольте.

А может Алинка просто ляпнула? Ну... Из вредности. В шпильку Аделине. И нет никакого ""Карлсона"".

— Добрыня Никитич.... - замирает Вера. — Мне так неудобно... что Ваша девушка ревнует...

— Не парься, пожалуйста. Я разберусь.

Наливаю нам виски. Открываю колу. Доливаю ей.

— За....

“За нас” хотелось бы, но.…

— За... то, чтобы все получилось, как задумали, — чокаюсь об ее стакан.

— Я ещё хотела сказать... - шепчет смущённо.

Что никакого Карлсона нет! Да?? Да?!

— Ой.... - отвлекается на сообщение на телефоне.

Заглядываю.

Там всплывающее окно мессенджера. Ловлю взглядом текст.

""Вера, Meine Schönheit, это Карстен. Мой ещё один номер. Запиши."".

Вера, застыв, смотрит на экран, хлопая ресницами.

— Чего замерла?.. Запиши....

Выпиваю вискарь залпом.

Блть... Ска.... Карлсона этого!..

Разношу, всё, что под руку попалось. Правда, только в своих бурных фантазиях.

Настоящий, значит....

Глава 12 — Дружеская..

Дожидаюсь, пока Добрыня Никитич уходит в душ, а Ярик — кормить пса.

За локоть тащу Алину к себе в комнату.

— Какой к чёртям Карлсон?! Или как его там?!

— Карстен, — закатывает глаза.

— Алина!

— Нет, а нормально, что эта овца с тобой так разговаривает? Мы тоже не лохушки какие-то! — по деловому складывает руки на груди. — У тебя тоже теперь жених есть, ясно. Покруче, чем ее Добрыня.

— Нет у меня!

Закрывает мне рот ладонью.

— Тише, мам....

— Ты втянула меня в обман! — гневно шепчу, увернувшись от её руки.

— Ой, мам.... - вздыхает как бывалая. — Мы всегда так делаем.

— Кто — мы?!

— Женщины....

Обескураженно хлопаю глазами.

Я родила готовую женщину, сама ей так полностью и не став. Алинка такая с детства.... Коза хитрющая!

— Мне очень неудобно перед Добрыней!

— Ой... - скептически.