Академия второго дыхания: выход пантеры

Слишком устрашающей оказалась информация.

Маг Варран решил повторить подвиг предков, соединивших зверя и человека в единое создание — оборотня. И даже пошел дальше, научился их разъединять. То есть жезл Варрана мог забрать зверя, оторвать его как ногу или руку. Лишить оборотня второй ипостаси с помощью магии, наставив на жертву магический артефакт. И жил этот безумный по жестокости маг, ибо некоторые оборотни после такого сходили с ума, внимание! — жил и умер в Хаксе.

Сторона людей была обязана уничтожить жезл Варрана как один из обязательных пунктов в подписании мирного договора. И сейчас кто-то даже не жезл собирал, сейчас кто-то выкапывал топор войны.

Говорили в основном Итан и миссис Беридер, мы же с Пуфом, побывавшие под артефактной клятвой и предпочитающие не произносить ключевые слова вслух, сидели с напряженными лицами и боялись слово сказать.

— Я не спрашиваю, для чего вам это надо, — осторожно сказала преподаватель. — Но мне не нравится выражение ваших лиц, поэтому посоветую одно. Не ввязывайтесь в это дело. История всегда ищет виновных. И обычно это слабейший на период ее завершения.

После ухода миссис Беридер некоторое время мы сидели тихо, боясь спугнуть тишину.[11]

— Путь откроется,[12] — уверенно сказал Итан. — Если прямо сейчас, в этом городе решается, быть или не быть возобновлению войны, я не буду стоять в стороне. Понимаю, что опасно, но готов идти дальше. Жезл должен быть найден и уничтожен.

— Согласна, — коротко сказала я.

— Согласен, — кивнул Пуф.

При малейшей возможности предотвратить междоусобицу это необходимо сделать даже ценой собственной жизни.

Мало какие документы и договоры ценились так высоко и выполнялись так неукоснительно, как договор Тройного Союза между людьми, оборотнями и вампирами. И если хоть один пункт из договора оказывался невыполненным, тут же подняли бы голову многочисленные организации всех рас, точившие зуб друг на друга.

Каждая раса, как могла, искала и останавливала своих фанатиков, но тут и там, в городах и деревнях возникали радетели, готовые «спугнуть тишину» колом и мечом или зубами и когтями. Такие группировки подняли бы как флаг факт нарушения любой стороной одного из пунктов Тройного договора.

Пуф остался в комнате заносить метки в карту, а мы с Итаном вышли в коридор. Он обнял меня и осторожно поцеловал в висок.

— Мы, тигры, не сильно клановые, — задумчиво произнес капитан, — но во всех войнах наш род возглавлял войска, много прославленных генералов вышли из семьи Донахью. И много умерло молодыми. Возможно, мне предстоит такая же судьба.

Я дрогнула. Боль ввинтилась в сердце.