Выдержка

Остальные исчезли. Они могут находиться на квартире у Павла Сгорбыша. Хотя я уверен: там все обшарили. В общем, надо поехать на бывшую работу, в редакцию, потом на квартиру к фотографу и собрать весь материал. Все снимки, сделанные нами за последние три месяца. Собрать их все в одном месте и заняться склейкой. Два кадра уже состыковались: Лена и та, вторая. Условно я назвал ее «женщина, так и не получившая обручального кольца». К ним легко привязывался и третий кадр: труп в бассейне.

Съемка: движущийся объект

Так я рассуждал по дороге к дому. Эти мысли отвлекли меня от главного. Лишь через двадцать минут я с удивлением обнаружил, что за мной «хвост». Да-да! Самый настоящий «хвост»! За моим автомобилем на деликатном расстоянии следовала машина. Все по правилам триллера: номер заляпан грязью, стекла тонированные. Я ведь так мечтал стать героем боевика, и вот свершилось! Почему же мне не радостно? Потому что нет ничего приятного в том, когда за тобой следят. Я дернулся, они тоже увеличили скорость, я сбавил газ, и они приотстали. Невольно я занервничал. Вспомнил отчего-то Джеймса Бонда, потом фильм «Семнадцать мгновений весны» и тут же пару глупых анекдотов. Типа «лыжники, догадался Штирлиц». «За мной следят», — догадался Леонид Петровский. Мои мысли скакали галопом, я все никак не мог их остановить. «Спокойно-спокойно-спокойно…» По команде «стоп» последним оказалось слово «лыжники». Я сообразил, что это от страха. «Спокойно-спокойно-спокойно…»

Машинально я положил руку на грудь, туда, где во внутреннем кармане пиджака лежал заветный конверт. Ты думал, Лео, там мусор. А там бомба! Вот она и рванула! Что же теперь делать? Как водится, я начал с глупостей. Попытался от них оторваться, поехал проходными дворами. В результате нарвался на пару грубых окриков и удар кулаком в левую дверцу, после чего меня обозвали «буржуем недобитым» и «сволочью». Люди не любят, когда в их уютных двориках кто-то пытается уйти от погони, тормозит у кустиков, где дети играют в прятки, и передними колесами заезжает в песочницу. Мои проблемы никого не волновали. Это за мной следили, а все остальные жили без оглядки. Они просто жили, а я пытался скрыться. В общем, я выехал на проспект. В условиях московских пробок и преследование, и уход от него одинаково затруднены. Если бы мы были за городом, а я управлял более скоростной машиной, вялое преследование превратилось бы в захватывающую погоню. А так мы стояли в одной пробке, в двух метрах друг от друга, они меня видели, а я их нет.

Я подумал: а не остановиться ли у поста ГАИ. Подойти и сказать:

— Почему у вас по городу ездит грязная машина с заляпанными номерами?

Потом мелькнула трусливая мысль: а не позвонить ли папе? Я тут же представил Джеймса Бонда, у которого допытывают секретный шифр.