Выдержка

Так и должно быть. Похоже, что мы с ней — идеальная пара!

— Подруги правильно говорят. С такой внешностью, как у тебя, надо на подиум, — забросил я удочку. — Или в кино. Режиссеры на улицах не подходят?

Ее глаза мгновенно похолодели. Только-только их серо-голубую поверхность словно ласкали солнечные зайчики, и вдруг надвинулась гроза, волны стали свинцовыми.

— От таких предложений я отказываюсь, — отчеканила она. — Мне это не подходит.

— Почему? — деланно наивно удивился я.

— Не хочу это обсуждать. И вообще, не об этом речь.

— Ах да! Ну что маг? Он пришел еще раз?

— Да, — кивнула она. — Ждал меня у дверей мастерской, но даже не подошел. Просто стоял и смотрел. Я ушла на обед, он остался. Вернулась — он все еще здесь. Я даже испугалась. Попросила одного из парней проводить. Мало ли что? Но вечером его уже не было.

— В этом доме когда-то жила женщина, которую он любил, — тихо сказал я. — Он приходил на свидание с юностью.

— Здесь раньше было общежитие. Это старый дом, — вздохнула Анастасия. — Моя мама тоже здесь жила, пока не вышла замуж. А папа — неподалеку, они часто встречались. В булочной, в парикмахерской, на улице. Встречались, встречались, пока не… В общем, довстречались! Поэтому дом мне жалко. Его, возможно, будут сносить. А мы переедем. Мастерская. О чем это я? — Она тряхнула головой. — Ведь я скоро получу диплом! Наверное, в школу пойду работать.

Я надеялся, что скоро она переедет в мой дом. И работать никуда не пойдет. Что касается детской психологии, ее отлично можно применять и в домашних условиях. Я об этом позабочусь. Детей у нас будет много…

Ах, если бы не Сгорбыш! Мы с Анастасией никогда бы не встретились. Но он недаром сюда ходил и присматривался к ней. Целых три месяца! Почему он это сделал для меня?…

— Он заговорил со мной только месяца через два. Извинился. Сказал, что ни в коем случае меня не преследует. Подарил цветы. А месяц назад… Или чуть меньше? — Она задумалась. — В общем, он пришел и сказал, что хочет серьезно со мной поговорить. Сказал, что больше не придет, но хотел бы на прощание предсказать мою судьбу. Я, разумеется, рассмеялась. Но потом согласилась. Я уже привыкла к нему. Он и в самом деле был безобидный. И такой несчастный! Мне показалось, что он пьет. Но ко мне приходил трезвым. От него даже одеколоном пахло. Мы сидели здесь же, в сквере.

Я огляделся и зачем-то спросил:

— Нет, на другой. Он взял мою руку, долго смотрел на ладонь, а потом сказал, что я выйду замуж за человека по имени Леонид. Я спросила: «Какой он?» И услышала: высокий красивый блондин, глаза голубые, губы по-детски пухлые. Скажу честно: мне это не понравилось.

— Что не понравилось?

— Все, что он говорил. Еще он сказал, что не закончится этот месяц, как ты войдешь в мастерскую.