Без выбора. Влад

Горячая ладонь легла на ягодицу, погладила её. Маша прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать от нетерпения и от жажды. Ещё никогда ранее она не испытывала столь оглушающую физическую потребность чувствовать Влада в себе. Казалось, что, если он не возьмет её, не утолит жажду, терзающую её тело, она сойдет с ума. Не дополучит чего-то важное. Не укрепит связь между ней и им.

Он продолжал гладить ягодицы, вдавливая пальцы в кожу, оставляя легкие следы. Отвлекая…

Чтобы одним плавным движением войти в неё.

Она оказалась готова.

Уже не сдерживаясь, позволила себе громко застонать, принимая его полностью. Как же она соскучилась!

— Влад…

Он вцепился в её ягодицы по-мужски крепко, сжал руками, окончательно присваивая её себе. Подался вперед, вызывая у Маши первую волну наслаждения. А потом ещё одну и ещё…

Он что-то шептал ей на ухо, грязное и порочное. Безумно возбуждающее. Прикусывал мочку. Собирал волосы в жмых и оттягивал назад, чтобы добраться до губ. Забирал в себя её стоны. Её наслаждение.

Чтобы два часа спустя всё повторить.

ЭПИЛОГ

— Можно вопрос?

— Конечно.

— Зачем тебе казино?

Влад застегнул запонку на безукоризненно сидящей на нем черной рубашке и прищурился.

— Твоё мнение, Особенная?

— Я долго думала. Вернее, как… Скажу долго — совру. Просто иногда размышляла. У тебя есть законный бизнес, приносящий хороший доход. Понятное дело, что у предпринимателя азарт и прочее. Но тут же в другом дело, правильно?

Влад поправил рубашку и направился к Маше. Та как раз закончила красить губы.

Муж остановился за спиной, положил руки на плечи и слегка сжал, массируя.

— Я слушаю дальше.

— Компромат. На тех, кто приходит и играет.

Руки Влада замирают на мгновение. Всего лишь на несколько секунд.

Потому мужчина склоняет голову и слегка дует на ухо девушке:

— Я ничего не слышал.

Маша довольно улыбнулась, подняла руку и накрыла ладонь мужа.

— А я ничего и не говорила, — она откинула голову назад, чтобы заглянуть в любимые глаза. — Действуем, как договаривались?

Влад дотронулся губами до чувствительного участка на шее Маши и ответил:

— Да.

Маша не смогла сдержать слегка коварной улыбки:

— Временные сроки?

— Час. Начинаем спустя тридцать минут после прихода.

— Хорошо.

— И, Особенная…, - ей так и не удалось заглянуть ему в глаза, как она не вертелась. — Будь осторожна, прошу.

— Буду."

"Наверное, Маша ещё долго не сможет привыкнуть к светским мероприятиям. К сумасшедше дорогим нарядам, украшениям с драгоценными камнями. С чертовыми туфлями на неизменной высоченной шпильке, от которых под вечер ноги гудят и возникает лишь одно желание — скинуть обувь и задрать ноги повыше. Лучше на плечи мужа.

Мероприятия по-прежнему раздражали Машу. Натянутыми улыбками и пустыми разговорами.