Выбор варианта

Окна узкие и высокие, расположенные несколько хаотично, ловили своими стеклами солнечные лучи. Десятки труб разной высоты и размера пускали в голубое весеннее небо сероватые струйки дымков…

Замок был красив, величествен и знал это. Казалось, что это не огромный дом, а сказочное существо, со своими мыслями и сложным характером. Поблескивала широка полоса воды, окружающая каменные неприступные стены и, над самой высокой башней, развевался желто-золотой флаг, перечеркнутый широкой черной полосой крест на крест. Подъемный мост был спущен и этот сказочный великан ждал меня…

Двор замка поражал своими размерами и деловитой суетой. Почти никто не стоял без дела, сновали слуги и служанки, тащили что-то в корзинах, заносили и выносили, сбоку от одной из башен разгружали подводу с корзинами и огромными горшками, несколько групп всадников получали инструкцию от маленького сухощавого мужчины очень преклонных лет, топталось несколько уборщиков с метлами, грызлись из-за большой розово-голой кости два крупных пса, из боковой двери выглянул парень в сером фартуке и серой же бандане и, прикрикнув на драчунов, кинул им еще одну такую же кость. Грызня возобновилась, как только он закрыл дверь. От стены, где были расположены несколько будок, проковылял крупный косолапый щенок и с трудом, зацепив одну из костей за клочок жил, поволок ее в будку. Псы самозабвенно рычали и не заметили покражи. Я засмеялась…

— Что смешного?

Я обернулась на голос и краем глаза заметила, как подтянулись солдаты и командир.

Темноволосый загорелый мужчина, около тридцати лет, в таком же, как у командира, плаще с черной оторочкой, темные волосы схвачены в косу, темные брови слегка насуплены, а глаза — серо-синие. Чуть выше среднего роста, ничего необычного. Разве что цвет волос темнее, чем у большинства местных. Но даже такой цвет не сказать, что совсем уж редкость.

— Я спросил, что смешного ты увидела?

— Щенка. — Я показала направление рукой.

Мужчина оглянулся и посмотрел в ту сторону. Между тем, щен дотащил кость до выбоины в мощеном дворе, где она благополучно и застряла одним концом. Он дергал ее изо всех сил, мотал головой и не понимал, что не так… Потом сел, свесил голову на бок и жалобным писклявым голоском, еле слышном в общем гуле, начал жаловаться:

— Ньга-ньга-ньга…

Лаять по настоящему он еще не умел.

Мужчина повернулся ко мне и, совершенно неожиданно — улыбнулся.

— Кто ты такая?

Я уже поняла и по реакции солдат, и по тому, как он себя вел, что это не просто вояка. Скорее всего — какой-то командир, или как тут это правильно называется? Никто его не перебивал, никто не пытался прервать нашу беседу. Запираться я не видела смысла:

— Меня зовут Елена Андреевна Шанс. Я иностранка. Местные люди называют меня рава Лейна.